Глава 34

- Отдай мне телефон! – орёт Тимур на отца. – Тебе было плевать на нас! А что теперь? Решил снова стать хорошим?! Ты мне не нужен! Проваливай!

Юра ругается с сыном уже полчаса. Они орут на весь дом и совершенно не стесняются в выражениях.

Я включила младшим мультик в их комнате. Но Ксюша предпочла пойти со мной на кухню.

Она сидит с выпученными глазами и пьёт чай, который я для неё сделала. Нам слышно каждое слово ссорящихся за стеной мужчин.

Да-а-а уж, дела…

Может, вывести Ксюшу с малышами на прогулку? Правда, мой пятнистый вид может напугать соседей.

Дверь в комнату Тимура громко хлопает, и парень забегает на кухню.

- Чё ты таращишься? – грубо спрашивает он сестру.

- Тимур! – смотрю на сына строго.

Понятно, что он зол из-за ссоры с отцом, но это не повод срываться на сестре.

Вслед за Тимуром на кухню заходит Юра.

- Мы уезжаем, - говорит он.

- Кто это мы? Куда? – я ничего не понимаю.

- Я и Тимур, - объясняет Юра. – Кажется, нам обоим нужно подумать о жизненных ориентирах и поработать над своим поведением.

-Но… - неожиданное заявление Юры не укладывается у меня в голове.

- Я с тобой никуда не поеду! – огрызается Тимур.

- Ещё как поедешь, - обещает Юра. – Если понадобится, я тебя за шкирку потащу. Вернёшься, когда научишься не грубить сестре и Кире.

- Юр, а как же школа? Тренировки? – спрашиваю я.

- Так его же отстранили от занятий на неделю, - напоминает Юра. – А от тренировок в футбольной команде — на месяц. Ничего. Поживёт со мной в съёмной квартире. Оттуда и в школу спокойно доберётся, когда надо будет. А после уроков будем ездить работать на производство. Ему полезно будет, – Юра хлопает сына по плечу. – И мне тоже…

Они действительно уезжают. Юра заставляет сына собрать вещи. Точнее, грозится, что заберёт его без сменных трусов и зарядки для телефона, если придётся. Тогда поникший парень смиряется с судьбой и скидывает в дорожную сумку всё необходимое.

- Будем перевоспитываться! – обещает мне Юра, прежде чем выйти за дверь.

Вечером ужинаем сокращённым составом. Сидим притихшие. Даже малыши не шумят, как обычно.

- Мам, а папа с Тимом навсегда уехали? – спрашивает Ксюша.

Три пары глаз смотрят на меня вопросительно.

- Надеюсь, что Тимур вернётся к нам скоро, - осторожно отвечаю я.

- А папа? – спрашивает Филипп, ковыряясь вилкой в котлете.

- Папа будет приезжать в гости, - я стараюсь, чтобы голос звучал спокойно, - он будет гулять с вами и играть…

- Холошо, когда он дома, - вздыхает Катюша. – Холошо, когда все дома.

К горлу подступает болезненный ком, и на душе становится тоскливо. Не бывает так в жизни, чтобы были и овцы целы, и волки сыты.

Либо я должна засунуть свои чувства в одно место ради того, чтобы «все были дома». Либо я должна смириться с чувством вины за то, что не пускаю их отца обратно в семью.

Укладываю детей спать, и сама готовлюсь ко сну. Слабость ещё чувствуется, но через пару дней я снова буду полна сил. А поскольку современное средство стирается с кожи не в пример лучше зелёнки, то ещё дня через три, я смогу выходить на улицу, не ловя на себе косые взгляды.

Лёжа в кровати, устанавливаю в телефоне будильник и открываю одну из последних переписок в мессенджере.

Дмитрий Сладков, владелец ТопМебели написал мне недавно, напомнив о своём предложении.

Отвечаю ему, что готова приступить к работе через неделю, когда закончится больничный, и откладываю телефон.

Совесть ноет занозой в сердце, но я игнорирую это. Я устраиваюсь на работу, а не завожу новый роман. Хоть и имею на это полное право.