Глава 4

Время летит быстро, я не заметила, как пролетела неделя. Я очень злилась на себя, что не могла позвонить тетушке и рассказать про Алю, потому что обещала ей. Аля слезно просила ничего не говорить маме, возможно потом, когда что-нибудь проясниться и она сама все расскажет.

Она почти не выходит из комнаты, целыми днями переписывалась с кем-то в телефоне или смотрела видеоролики, а еще она просила, чтобы завтрак приносили ей в постель, по ее словам у нее жуткая депрессия. Даже не знала, что с этим делать. Все же идея с роялем не покидала меня несколько дней.

Решено, покончить с этой навязчивой идеей как можно скорее, потому что через пять дней я должна вылететь в Варшаву, а после посетить санаторий по рекомендации своего врача, так как с Маратом мы до сих пор мечтаем о детях.

В итоге планов… Как говорится слишком много желаний и слишком мало времени на их реализацию.

На счет деток, когда Аля спустилась в гостиную, увидела белоснежный рояль и провела кончиками пальцев по его гладкой поверхности, грустно сказала:

- Красивый, как из телевизора. Я на таком никогда не играла. А почему у вас с мужем нет детей? Я как-то читала, что семья без детей это не семья.

Аля затронула мою самую больную тему. Если бы только она знала… Если кто-нибудь знал, сколько я слез пролила, какой путь я проделала, чтобы сдвинуться с мертвого места. Врач сказал, что у нас с Маратом есть шанс, один на миллион, но он есть. Но нужно еще время, возможно понадобиться не один год.

Марат меня поддерживал всегда и во всем. Целовал в губы, объяснял, что у нас с ним еще вся жизнь впереди. Он уверен, что первой родится дочь и назовет он ее Надежда, а лишь потом будет Вера и Любовь.

- А как же мы будем различать? – отвечаю я Марату на его реплику про будущих детей. – Я Надежда и наша дочь Надежда.

Он подхватывает меня на руки и поднимается вверх по парадной лестнице.

- У меня будет целых две Надежды! Это просто космос… А как различать, это уже другой вопрос.

Мне сложно пройти мимо детского магазина, я обязательно должна в него заглянуть, взять в руки из приятной хлопковой ткани распашонку, прижать ее к груди, мысленно подумать, как я качаю на руках малыша. Представляю крохотные ножки, розовые пяточки, аккуратный носик, реснички… Мне на секундочку становится легче. Я очень хочу ребенка. Как же сильно я буду его любить, больше жизни…

Аля затронула эту тему и теперь мне хотелось закрыться в своей комнате спрятавшись, как можно глубже в свою скорлупу. Не чувствуя усталости, печали, горечи чувств, безнадежной попытки что-то доказывать в очередной раз.

Я не знала, что ответить на ее вопрос. У меня не находилось слов, я просто смотрела в ее зеленые миндалевидные глаза и думала о том, что она очень похожа на свою тетушку. Такая же рыженькая с едва заметными веснушками на щеках.

Моя мама всегда называла свою сестру - рыжая бестия. Огонь снаружи и огонь внутри. Также по словам мамы моя сильная и независимая тетушка родила Алю от дальнобойщика, который останавливался в местном хостеле, где она подрабатывала по выходным. Сначала он приезжал каждую неделю, обещал жениться, а потом резко пропал, не отвечая на звонки и электронные письма.

После ее вопроса про детей жуткий ком сдавливал горло. Не знала как справиться с ним, как преодолеть эту тупую душевную боль. Я просто сжала ладони в кулаки и спокойным голосом ответила:

- Сегодня в гости приедет Сара и друзья Марата. Сыграешь нам?

Она мило поморщила нос и застенчиво отвечала:

- Незнаю.

Тетушка мне позвонила, когда я была на массаже. Если честно я не хотела снимать трубку, потому что она обязательно спросит про Алю. Все же Альбина попросила и я привыкла держать свое слово.

Но тетушка настойчива, она позвонила во второй раз, когда я ехала домой и все что мне хотелось это поскорее принять ванну и укутаться в теплый плед.

- Надечка, как там Аля? Она мне что-то не отвечает… Я так волнуюсь за нее у меня даже давление поднялось. Сердце колотится, я уже два раза капли пила.

- Не волнуйтесь, все хорошо.

- Ах, она у меня такая застенчивая.

- Она вам обязательно перезвонит, возможно спит.

- Скажи ей, что мама очень волнуется. Пусть позвонит, как можно скорее.

- Конечно…

На самом деле я устала. Вчера был ужасный день. Больше всего мне хочется погрузиться в горячую пенную ванну, прихватив интересную книгу.

Возможно, это просто осень. Настоящая осень, когда багровеют листья, когда целый день будет лить холодный дождь и дует промозглый ветер. Вроде вчера только светило ярко солнце и тут резко все поменялось.

По словам Сары, в такое хмурое время года нужно расслабиться. Пить согревающие напитки, сидя у камина в компании друзей, слушая хорошую музыку или болтая о сущих пустяках.

Именно так я планировала провести свой завтрашний вечер. Тем более у Марат обещал присоединиться к нам, закончив пораньше с работой.

Мы собрались в главном зале, Альбина спустилась только через двадцать минут, на ней было мое вечернее платье. Кажется я покупала в ЦУМе и оно было в единственном экземпляре.

По комплекции, мы почти одинаковые, Аля только немного ниже ростом. Когда я предложила ей сыграть нам, она спокойно ответила:

- Не знаю.

- Почему не знаешь?

- Мне нечего надеть. Вы все такие нарядные, а у меня только белые рубашки и джинсы.

- Хочешь подберем тебе что-нибудь из моего гардероба?

- Ну не знаю, - она села за рояль и легко каснулась клавиш. Тонкие, мелодичные звуки заполнили просторную комнату. – Если мне ничего не подойдет?

Я тяжело вздыхаю.

- Давай попробуем.

Моя гардеробная занимала отдельную комнату. Это приблизительно около ста квадратных метров. Все дело в том, что Марат часто дарил мне платья. У него даже есть традиция, каждый Новый год в подарок я получала вечерний наряд, в основном черного цвета (любимый цвет Марата), а к нему какое-нибудь дорогое украшение, купленное все также на аукционе за космическую цену.

Еще на заполнение полок повлияла Сара. Она безумный шопоголик, которому сложно пройти мимо любого магазина. Причем начиная от пятерочки и заканчивая торговым центом на Кутузовском.

Когда Сара училась со мной, у нее была удивительная привычка покупать все по акции. Нужно, не нужно. Она видела красный ценник, как бычок видит красную тряпку у матадора и не видела тормозов. Кстати, она первая высказалась в адрес Али:

- Как тебе жить на Рублевке? Кстати, знакомое платье. Но на хозяйке оно сидит гораздо лучше.

Аля тут же раскраснелась отошла в сторону.

Конечно, прямолинейность Сары иногда настораживала, обычно она говорила то, что думала и это также коснулось Аленой игры на рояле.

- Знаешь, меня не впечатлило.

- Вы хорошо разбираетесь в музыке? – отозвалась Альбина.

- Нет. Я говорю тебе об этом как слушатель.

После чего Аля убежала к себе в комнату не дождавшись ужина, когда я заглянула к ней она негативно высказывалась в адрес Сары:

- У тебя ужасная подруга. Она не имела права со мной так говорить!

Хотела все объяснить Але, но нет на это сил. У меня был ужасный день. Я узнала, что Марат не сможет поехать со мной в Варшаву, а это означало, что впервые за десять лет мы расстаемся на такой длительный срок.