Глава 41

- Что ты здесь делаешь? – Марат повторил свой вопрос.

Привстала с кресла и посмотрела в его глаза. Марат тоже смотрел на меня своим хищным взглядом.

- Я думала, что ты здесь, - сказала первое, что мне пришло в голову.

- Ты же знаешь, что без меня в мой кабинет лучше не входить. Правила не изменились.

Ничего не ответив на его реплику я хотела пройти мимо него, но он схватил меня за запястье и сильно сжал в своей руке.

- Отпусти, ты причиняешь мне боль.

- Если ты думаешь, что можешь спасти Усманова такими выходками, ты глубоко заблуждаешься.

Как же мне хотелось сказать Марату все, что наболело. Все что я о нем думала. А еще я едва сдерживалась, чтобы не залепить ему звонкую пощечину. Он этого заслуживал.

- Если ты причастен, к тому, что случилось с Борисом – тебе не выкрутиться. Чтобы ты еще не придумал. Какой очередной бредовый план не созрел в твоей голове.

Он отпустил мою руку и громко рассмеялся.

- Надя, да я не узнаю тебя. Откуда в тебе столько решительности?

- Из жизненного опыта Марат. Если ты думаешь, что вот так силой можешь меня к себе привязать – ты глубоко ошибаешься. Делаешь только хуже.

- Все же общение с Усмановом не пошло тебе на пользу, - он наконец-то отпустил мою руку, причем так резко, что я отскочила к двери. – А сейчас пошла вон! – крикнул он.

Мне хотелось разрыдаться в коридоре, но за все это время я научилась сдерживать слезы.

Я почти забежала в детскую и крепко обняла Софию. Моя радость, мой маленький ангел, который снова и снова возвращал меня к жизни. Я целовала ее румяные щечки и находила в этом утешение.

До позднего вечера я была с дочерью. Мы вместе рисовали, лепили из пластилина, а перед сном я читала ей любимую сказку. К удивлению она быстро заснула. Мне же не спалось совсем. Тем более когда я спустилась в гостиную мне снова пришлось встретиться со своим бывшим мужем.

Когда я увидела его, снова хотела подняться в комнату и запереться все замки, но меня остановили его слова:

- Прости, я не хотел тебя обидеть.

- Что? Что ты сказал?

- Хотел извиниться. Не должен был так себя с тобой вести.

Я подошла ближе к нему и никак не могла поверить, что это говорил он.

- Просто сам не свой, особенно, когда ты говоришь о нем. Как представлю, что ты с ним, так хочется крушить стены. Мне кажется, я до сих пор тебя не забыл, - он подошел ближе и протянул руку к моему лицу. Я отстранилась.

- А я забыла. И вспоминать больше не хочу. - Марат, просто наше время вышло. Ты был счастлив с Альбиной, я всю себя отдавала нашей дочке.

- Ты хочешь сказать, что ничего нельзя изменить? – он не отступал.

- Нет, - я старалась произнести это настолько уверенно, насколько это было возможно..

Наверное мои слова разозлили его еще больше. Может он думал, что он извинится, я упаду в его объятья и все будет, как раньше.

Это был мой дом. Когда-то… Теперь я чувствовала себя в нем чужой. Хотя я сама его обустраивала. Выбирала портьеры для гостиной, большой мягкий диван из перламутрового бархата. Теперь мне сложно понять, почему я хотела вернуться сюда. Может потому что развод стал слишком неожиданным и болезненным для меня. Нужно было время, чтобы все переосмыслить. А еще я слепо любила Марата. Рядом с ним я теряла голову. Забывала обо всем на свете. Он был ласков, нежен, но теперь это так далеко… Где-то за колючей проволокой. За гранью моего сердца.

На выходные я обещала съездить с Соней в центр, посмотреть на главную елку, Борис до сих пор находился в тяжелом состоянии, хотя его обещали перевести из реанимации. Я очень ждала этого момента. А еще мы договорились встретиться с Сарой. Это было наше любимое кафе на пересечении проспекта Мира. И сегодня не как обычно, слишком много посетителей, но все же нам удалось найти свободный столик у окна.

- Скажи, ты его любишь?

Сара задала этот вопрос сразу, как заказала мои любимые эклеры и большую порцию латте. Именно по объемной чашке кофе я поняла, что разговор будет длинным.

- Знаешь, я всегда думала, что его любила. Но теперь точно знаю, что он меня вот так просто меня не отпустит. Ему что-то нужно от меня. Никак не могу понять что. А еще я уверена, что Марат замешан во всем этом.

- И что тебе удалось выяснить?

Я наклонилась к Саре ближе. Она сидела напротив меня и постоянно отвлекалась на молоденького официанта, который крутился возле нашего столика, но никак не приносил заказ.

- Мне кажется, что он сговорился со своим адвокатом.

- Ну Марат на одних догадках не подловить. И даже если у тебя будут доказательства, он может выкрутиться. Знаешь, что тебе стоит поговорить с Саратовым. Отношения с Маратом у него всегда были натянутые.

- Это все потому что Марк всегда идет по головам.

- Не понимаю зачем ему нужно, чтобы я вернулась, - я отрицательно закачала головой.

- Марат всегда был собственником, а тут представилась такая возможность.

- А как же Альбина?

- Альбина списанный материал. Но даже если все и так, то ты не должна была возвращаться к нему. Из любой ситуации есть выход и из этой тоже бы нашелся.

- Сара…, - печально произнесла я. – Я очень хочу помочь Борису. – У меня есть переписка Марата с адвокатом, где они обсуждали, свои дальнейшие действия, на счет Бори.

- Так, поехали, - Сара подскочила со своего места.

- Куда?

- К Саратову. Он должен помочь выкрутиться из этой ситуации.

Марат

Сегодня впервые я смог с ней поговорить. Альбина сидела на подоконнике в полупрозрачной ночной рубашке, ее рыжие слегка взлохмаченные волосы свисали до плеч.

Ее палата была самой обычной, ничем не отличавшееся от других. Единственное, она постоянно была одна. Врач говорил, что иногда она выходила на прогулку, но не с кем не общалась, просила телефон, чтобы позвонить мне, но я распорядился, чтобы ее контакты были ограничены.

К ней никто не приходил, даже собственная мать, эта старая ведьма, давно не приезжала к своей дочери. Журналисты тоже перестали донимать своими бесконечными распросами. Кажется об Альбине забыли, как забыли когда-то о Наде.

Для меня она всегда была желанна. Но только не сейчас. Сейчас она угасла. Потухла, как свеча. Но она сама сделала свой выбор. Она променяла нашу жизнь, на что-то более ценное для нее. Вечеринки, бары… В итоге рыжеволосая бестия оказалась здесь. Больше всего на свете я не хотел этого. Мы ведь строили планы. Она хотела увидеть Венецию, я хотел бесконечно вглядываться в ее лицо. Смотреть в глаза, чувствовать запах, прикасаться щекой к ее гладкой коже.

За окном гудел ветер, в небольшой комнате с белыми стенами стояла полная тишина. Альбина молчала, ее задумчивый взгляд был направлен в одну точку. Я понимал, что уже никогда ее не вернуть и мне было плевать, что говорили другие. Моя жена в психушке. Ни какие деньги и мои связи ее не спасут. Я боролся за нее до конца. Вытянул ее бы из самого вязкого болота, но просто немного изменились планы. Просто вернулась Надя и я сам не понял, как Альбина ушла на второй план.

- Нам нужно поговорить, - уверенно сказал я.

- Знаю о чем ты хочешь поговорить. Ты хочешь оставить меня здесь. Я все знаю Марат. Правда не понимаю, как она вернулась к тебе. Она же такая гордая, такая правильная. Хотя ты можешь заставить любого подчиниться тебе.

- И тебя?

Альбина усмехнулась.

- Интересно, она простила тебе измену? Знаешь, я вспомнила, как мы с Надей говорили о тебе. Она говорила, что сильно любит тебя, а это меня так задевало. Как ей повезло так с красивым еще и с богатым мужиком.

Мне было сложно смотреть на ее бледное лицо. Я знал, что я не смогу вернуть ее. С каждым днем она ускользала из моих рук, как ускользало ее сознание. Она изменилась. Стала совсем другой. Не той шикарной девушкой, которую я знал совсем недавно. Она стала, обычной, грубой рыжеволосой, которую хорошенько потрепала жизнь. У нее появились черные круги под глазами. Казалось из нее выжаты все соки, нет больше в жизни ней.

- Я знаю, что ты больше ко мне не придешь. Скорей всего это последний твой визит.

Она была права. Не хотел видеть ее такой. И не хотел знать, что с ней будет дальше, но все же задал этот вопрос:

- Почему ты так решила?

- Обычно ты приходил чаще, сейчас пришел, потому что я попросила об этом врача.

- И зачем ты об этом попросила?

Она снова усмехнулась. Только на этот раз ее улыбка была совсем не живая и даже не искренняя.

- Хотела тебе кое-что рассказать, - она продолжала смотреть куда-то вдаль и говорить:

- Рустам не твой сын.

- Что? – я приблизился к ней. Хотел посмотреть в его глаза, но она отвернулась к окну.

Я сжал ладони в кулаки.

- Повтори, что ты сказала! – крикнул я. – Повтори! Это был ее очередной бред. Я не хотел верить в услышанное. Не хотел и не верил.

- Марат, ты совсем разучился считать, - снова ее надменная усмешка - Я не родила раньше положенного срока, как говорили тебе. Я лгала тебя, все врали тебе, а ты слепо верил. Потому что тебе нужен был наследник, а Надя никак не могла тебе родить.И ты попался на этот крючок, потому что это было твое единственное слабое место.

- Сгниешь тут, - тихо ответил я ей и вышел из палаты, громко хлопнул дверью. Не верил. Ее слова никак не укладывались в голове. Очередной ее бред. Она просто пытается сопротивляться. Сделать хоть что-нибудь, чтобы все вернуть назад.

Но ее слова не давали покоя, когда я сел в машину, когда приехал домой и посмотрел на рыжего мальчишку с выразительными глазами, как у Альбины. Он быстро хлопал такими же длинными рыжими ресницами, протягивал свои коротенькие ручки и звонким голосом произнес: папа.

В детскую вбежала София. Дети стояли напротив меня, я вглядывался в их круглые лица и понимал, что они абсолютно разные.

Не мой… Совершенно не мой ребенок.

Я отстранился. Посмотрел на Рустама издалека. Кто же твой настоящий папа, сынишка? Кто же он...