Глава 26

Алёна

Доронин больше ничего не спрашивает. Твёрдое тело, к которому я прижимаюсь, напряжено. А в его груди чувствую вибрирующее рокотание, которое издаёт его зверь.

Роман начинает идти в сторону выхода ангара, а я крепко зажмуриваюсь, не в силах смотреть на следы кровавой бойни. Запах крови, который чувствуется в помещении, вызывает тошноту. Но я стараюсь дышать ртом, пока мы движемся на улицу, снова уткнувшись лицом в мужское плечо.

Мужчина быстро выходит из ангара и куда-то идёт. Лишь когда он останавливается, я открываю глаза и делаю глубокий вдох носом.

- Держись крепче, – командует Роман и отпускает одну руку, которой держал меня за спину, чтобы открыть пассажирскую дверь своего джипа.

Меня аккуратно усаживают на сиденье, и я смотрю вперёд, в лобовое стекло. От вида кровавых следов, оставленных Романом от ангара до машины, меня начинает трясти.

Голова ещё как чумная, но наконец-то приходит понимание того, что произошло и чего я избежала.

Когда я очнулась в том ангаре, лежащая на каком-то ящике, было ощущение, что я в каком-то сне. Всё плыло перед глазами, разобрать что-либо в гомоне грубых мужских голосов вообще не могла. Да и понять, что происходит и где я, было довольно проблематично.

Лишь когда меня сдёрнули с моего лежбища, зрение стало проясняться. Как и слух.

- … сказал, что можно поиграть… – противный гундосый голос над головой заставил с ужасом начать вырываться из чьих-то незнакомых объятий.

Мои слабое трепыхание вызывает дружный мерзкий смех. И я наконец-то полностью прихожу в себя.

Меня держит высокий оборотень со страшным шрамом на щеке. Рядом ещё парочка мужчин такой же неприятной наружности. И все как один смотрят на меня противными похотливыми взглядами, чуть ли не облизываясь.

- Ну что, куколка… – начинает говорить тот, кто держит меня. Но ему приходится замолчать, когда кто-то кричит у двери ангара:

- Он приехал. Оборачиваемся, парни.

Только тогда я замечаю всех остальных. А их тут много. С ужасом смотрю на перевоплощение людей в волков. Но картинка пропадает, как только передо мной возникает один из тройки, который стоял всё это время рядом.

А дальше…

Вспоминаю эти отвратительные касания чужих лап к своему телу, от чего меня начинает трясти.

- Ты замёрзла? – низкий хриплый голос Романа выдёргивает меня из воспоминаний.

- Что? – непонимающе смотрю на мужчину, который в этот момент затягивает на мне ремень безопасности.

- Ты вся дрожишь, – поясняет он, цепко осматривая острым взглядом моё лицо. – Ты замёрзла?

- Нет. Просто… – замолкаю, отворачивая голову и смотря себе на колени, на которых лежат мои действительно дрожащие руки.

Роман чертыхается и уходит, не закрывая дверь.

Слышу звук открывшегося багажника. И практически сразу же мужчина вновь материализуется возле меня, протягивая мне свёрнутый плед.

- Накинь, – отрывистая команда, поле которой он тут же закрывает мою дверь.

Пока я укутываюсь в плед, Роман закрывает багажник и садится на водительское кресло уже в штанах.

Протянув руку к бардачку, он достаёт оттуда сотовый. Заводя машину, включает телефон и давит на газ.

- Это я, – отрывисто говорит в гаджет. Молчит, слушая какое-то время, что ему говорят. – Уже знаю. Нашли того, кто писал? – сдавленно матерится. Видимо, ответ ему не понравился.

Перестав прислушиваться, откидываю голову на подголовник сиденья и закрываю глаза.

Меня продолжает трясти. Даже зубы время от времени клацают, хотя я стараюсь сжимать их как можно сильнее.

Истерика вроде как закончилась в том ангаре, но её последствия никак не отпускают.

Я не дура, понимаю, зачем меня похитили. Хотели выманить Доронина или обменять меня на может… ну, не знаю, деньги, что ли?

Интересно ли мне, как в том ангаре оказался Роман? Нет.

Благодарно ли я ему за спасение? Немного.

Эти оборотни ведут какие-то свои игры. Жестокие. И в том, что я стала разменной монетой в этих играх, виноват Доронин. По сути, если бы не он, я бы спокойно жила себе всё это время, занимаясь младшей сестрой. Да, были бы эти постоянные мысли и опасения по поводу денег на лекарства, но…

- Ты в порядке? – от внезапного вопроса, обращённого ко мне, и тяжелой горячей ладони, упавшей на моё колено, вздрагиваю и открываю глаза. – Мне не нравится, что ты всё ещё дрожишь. Сейчас доедем до поместья и вызовем врача…

- Не надо! – хрипло вскрикиваю. – Я… я просто не могу до сих пор успокоиться.

- Больше такого не повторится. Обещаю, – после непродолжительной паузы говорит Роман, не отрывая сурового взгляда от дороги.

- Нут да, конечно, – с иронией. Не могу сдержать нервный смешок, после которого тут же ловлю на себе быстрый и недовольный взгляд мужчины.

- Подобное никогда не повторится только в одном случае, – не боясь, смотрю на его помрачневшее лицо. – И ты сам его прекрасно знаешь.

Утробное недовольное рычание уже не пугает.

Видимо, я действительно достигла своего предела, потому что без грамма сомнения или боязни произнесла:

- Если ты меня отпустишь, подобного точно больше со мной никогда не повторится. Я буду не интересна другим, раз я не с тобой. И ты сказал «обещаю». Поэтому… выполни своё обещание. Отпусти меня!