Глава 4

Алёна

Ехать предстояло как минимум час, и я невольно погрузилась в свои невесёлые мысли.

Хоть и привыкла, что наш мир не совсем справедлив к нам, людям, но всё равно иногда сильно обидно. Просто до слёз. И это я про ситуацию с лекарством для Маши.

В нашем Волканске никто не занимается его производством, поэтому его заказывают из других городов. Понятно, что к моменту, когда он у нас появляется, ценник на него просто космический.

А ставить лекарство нужно строго раз месяц. Пропустишь хотя бы раз – жди последствий. Нехороших.

Когда Маша заболела, нам никто толком не объяснил, как это важно – не пропускать. Однажды, примерно полтора года назад, мы с Надей не смогли собрать нужную сумму и по глупости решили, что ничего страшного, на следующий месяц уж точно поставим. Итог: у Маши отказали ноги, от чего она оказалась в инвалидном кресле. Только тогда-то нам и пояснили, что каждый пропуск укола будет влиять вот так: какая-то часть тела просто будет переставать функционировать.

Наше незнание и полное доверие к врачам нам слишком дорого обошлось. Особенно Маше.

Именно потом я и стала читать всё подряд о её болезни. Где-то вычитала, что пропуск одного укола очень существенно влияет, но если больше не пропускать и делать реабилитационные процедуры, то частично можно восстановить функции конечностей. Пересмотрела в инете кучу роликов о массаже и лечебной физкультуре и сама начала всё это делать. В больницах все эти процедуры тоже были платные. А мы еле-еле собирали на лекарство. Накопить ещё и на реабилитацию у нас никак не получалось.

Сейчас, спустя время, я вижу результаты своей работы с сестрой. Чувствительность в одной ноге стала возвращаться. Машуля даже пальчиками последние три месяца может двигать.

Слёзы выступают на глазах, когда я думаю о том, что если бы не Дима, мы бы опять пропустили укол. Даже представить страшно, чтобы тогда бы было. Снова полное онемение той ноги, которая начала «оживать»? Или отказ какой-то руки, а то и обеих?

Дима…

Ох, тут всё сложно.

С этим мужчиной, старше меня на пять лет, я познакомилась год назад в больнице. Он отдавал мне анализы Маши, которые я забирала из лаборатории, где он работал. Как-то так получилось, что мы стали общаться. Минуть пять или десять всегда болтали. В основном, конечно, о Маше. Он помогал мне понять, что означают все эти названия и цифры в бумажке, за которой я приходила.

Я даже не сразу поняла, что нравлюсь этому полукровке. И именно поэтому он уделял мне столько внимания. Всё стало понятно, когда он позвал меня на свидание.

Для меня это стало шоком в какой-то степени. Я никогда не рассматривала его… в таком ключе. Если честно, и не собиралась. Вся моя жизнь была расписана по минутам, в ней точно не было времени для кого-то в любовном плане.

Обманывать его я не стала. Призналась, что готова рассматривать его только в качестве друга. Дима согласился остаться в моей жизни именно в этой роли. Хотя и видела, что он надеется, что я однажды передумаю.

Он даже пошёл на хитрость: когда у них уволилась уборщица, предложил мне эту подработку, зная, что я её ищу. Так мы стали видеться ещё чаще. Видимо, в его понимании было, что чем чаще мы будем видеться, тем большая вероятность, что я всё-таки влюблюсь в него.

Понимаю ли я, что в некотором роде это не совсем справедливо – пользоваться его влюбленностью, но не разрывать наши дружеские отношения? Само собой. Но я действительно отношусь к нему очень хорошо. Да я даже уже люблю его, но только как близкого друга или даже как старшего брата.

И если честно, я просто надеюсь, что Дима однажды переключиться с меня на кого-то другого. Встретит девушку, которую полюбит больше, чем меня. А мы так и останемся с ним друзьями.

Чей-то громкий смех заставляет вздрогнуть от неожиданности и выдёргивает из своих мыслей.

Повернув голову, вижу, как какая-то парочка, о чём-то весело переговариваясь, выходит из автобуса. Замечаю, что салон практически пустой. Помимо меня ещё несколько человек.

Так, значит, мы выезжаем из «Восточного блока». Мало кто из людей ездит в центр города.

Посмотрев в окно, убеждаюсь в своей правоте.

Как только выезжаем из нашего «блока», в автобус начинают заходить оборотни. Почему они? Да всё просто. Мужчины и женщины, как только заходят в салон, тут же ведут носом в воздухе, принюхиваясь. Осматривают нас и смотрят уже кто как: кто-то с интересом, кто-то презрительно, но были и такие, кто взирал на нас равнодушно.

Игнорирую все эти взгляды и начинаю пристально смотреть в окно.

Через полчаса доезжаю до нужной остановки и выхожу. Добираюсь до огромного отеля, в котором работает Надя, и смело захожу, хотя внутри всё сжимается.

Моя смелость идёт на убыль, когда я вижу обстановку внутри.

Всё очень красиво и… богато.

Холл просто огромен. Шикарные люстры, колонны, длинная мраморная стойка, где регистрируются люди, несколько зон с диванами и столиками, на которых лежат глянцевые журналы. Видимо, это места для тех, кто ожидает заселения. Широкая лестница прямо напротив входной двери в конце холла выглядит не менее шикарно, чем всё остальное вокруг.

И это… середнячок, как выражается Надя? Я боюсь тогда даже представить, как выглядит отель класса люкс.

Народа в холле много. Помещение выглядит как муравейник, где куда-то неторопливо, а некоторые и не спеша идут люди.

Я теряюсь. Застыв на месте, затравленным взглядом мечусь по сторонам.

- Добрый день. Вам чем-то помочь? – слышу вопрос справа от себя, произнесённый холодным тоном.