Глава 22

— На Мариссу напала твоя пассия. Она подвергла ее жизнь опасности. Поэтому я, наделенный властью, забираю ее.

— Что? Покажи руку! — приказал мой муж, и за два шага уже навис надо мной и мадам Клео.

— Все в порядке, насколько это возможно. Но, к сожалению, уродливые шрамы так и останутся. Пострадала вся рука, — произнесла целительница.

А я дернулась. Боги! А ведь эта гадость могла попасть мне на лицо.

Я прижала пострадавшую руку к груди. Слезы высохли, у меня просто не было сил плакать. Да и слова Торвальда Шторма заставили посмотреть на него.

Мне ведь показалось?

Ройберг протянул руку, но я не поддалась. Отодвинулась дальше на кушетке. В глазах мужа сверкала неподдельная боль и ярость. Я отчетливо видела это.

Он сжал свою руку в кулак, до побеления костяшек. По его лицу бежали черные чешуйки. Руны на виске начали пульсировать. Я застыла, глядя на лицо мужа, что больше походило на маску опасного хищника.

Он сейчас был не человеком, а зверем в человеческом обличии.

Его фигура раздалась вширь.

Мне казалось, я слышу треск его камзола.

Ройберг резко повернул голову к Торвальду. Заслонил меня широкой спиной и угрожающе произнес, выделяя каждое слово:

— Она. Моя. Жена. И моя. Истинная.

— Метки нет, — рвал мою душу Торвальд и подчеркивал каждым словом мои собственные сомнения.

— Ты. Знаешь. Почему.

— Это не меняет дело.

— Не. Имеешь. Права, — рычал Ройберг. А я непонимающе переводила взгляд с одного ректора на другого.

— Имею. И ты знаешь об этом. Его Высочество дал мне четкие указания на этот счет.

Торвальд Шторм сейчас говорил невероятные для меня вещи. Разговор мужчин не приносил никакой четкости. Недосказанности так и летали в воздухе. Мадам Клео вообще поспешила испариться.

— Он пожалеет об этом. Как и ты.

— Возможно. Но сейчас...

— Бумагу.

И Торвальд Шторм потянулся в карман камзола, достал оттуда сложенный пополам лист с гербовой печатью принца империи Драгстара.

Я затаила дыхание. Я совершенно точно ничего не понимала.

Ройберг вырвал лист из рук Торвальда и пробежался по строкам. Напряжение усилилось.

В комнате стало в разы жарче.

Я даже видела, как раскалились руны до красна на виске супруга.

Да что это вообще такое?

А потом запахло паленой бумагой. Ройберг сжег письмо. Пепел осыпался на пол.

— Это не меняет дело. Я забираю ее, — холодно произнес Шторм.

— Р-р-р.

— Возьми себя в руки. Или решил разрушить свою же академию? — спросил Торвальд, складывая руки на груди.

— Ты. Ничего. Не понимаешь, — Рой оказался рядом со Штормом и схватил его за воротник.

Они были как две скалы. Оба мощные, широкоплечие, гордые и сильные.

Никто из них не уступал другому.

Два дракона столкнулись.

От Ройберга веяло яростью и гневом, от Шторма — холодом и спокойствием.

Мне стало страшно. Все волоски на теле поднялись дыбом.

— Приказ есть приказ.

— Я не отдам ее. Она моя.

— Противишься? — не моргая произнес Шторм.

— Да.

А в следующее мгновение произошло что-то невозможное и не укладывающееся у меня в голове.

Я видела только вспышку огня в глазах Шторма и руны на виске Роя разгорелись с новой силой, плавя его кожу.

Запахло паленым.

Меня замутило.

Казалось, я слышу рычание зверя.

Но муж продолжал сжимать воротник камзола. Сопротивлялся. Не поддавался магии Торвальда.

А потом сделал шаг назад, согнулся пополам и взревел.

— Быстрее. Марисса. Уходим! — скомандовал Шторм. — Мне его не удержать!