ГЛАВА 12. ИГРА В ПРЯТКИ

Верховный маг Тео Дайриш и оба его ближайших помощника — Ренуар Осолен и Лерон Сабоссини в изнеможении сидели за столом, и вяло пили укрепляющий отвар.

Весь день псу под хвост — никаких следов, что же им говорить Его Величеству?

Сначала младшие маги собрали коктейль из содержимого склада и вынесли все наружу. Количество испорченных продуктов впечатляло и, хотя, крупу отсортировать и спасти удалось, но сахарный песок и мука разделяться не пожелали. Конечно, по миру никто не пойдет, Королевство богатое, но все равно неприятно.

Далее Верховный лично облазил каждый сантиметр склада, но ни молекулы чужой ауры не нашел, более того, ни сверху, ни снизу, ни из-за стен никто проникнуть не мог — сверху были подсобные помещения, в которых все время кто-то находился и не было ни люков, ни разломов. Снизу и за тремя стенами склада находилась полотно спрессованная земля. Маг как только установил, что никаких ходов там нет, сразу отозвал поисковый импульс — просочиться сквозь породу, не оставив прохода, не смог бы даже дождевой червь, что уж говорить о человеке!

Масштаб разрушений и их полная бессмысленность наводили на размышление: то ли, кто-то глупо пошутил, то ли кто-то просто не рассчитал силы и перестарался.

— Допустим, Некто захотел перенести один мешок при помощи воздушной руки, но по неопытности вложил слишком много силы, и получилось то, что получилось? — предположил Лерон.

— Идея неплоха, за одним вопросом — где этот Некто находился в момент создания воздушной руки? Он же должен был стоять на входе в склад или вообще находиться посередине! Если бы он орудовал издалека, то Воздух неизбежно разнес бы и те помещения или, как минимум, снес еще две-три двери.

— Да, Ренуар, ты прав. Но что мы скажем Его Величеству? Я сомневаюсь, что ответ: «мы не знаем, кто это сделал, зачем и как» его удовлетворит, — отозвался Верховный.

— Жалко, что никто не додумался снять слепок ауры в кухне Малого дворца, — задумчиво сказал Лерон. — Меня терзают смутные сомнения, что происшествия там и тут как-то связаны.

— Лерон, даже если в порядке бреда согласиться, что какая-то простолюдинка вдруг родилась одаренной и у нее неведомым никому способом пробудились две стихии, то поверить, что она нанесла все эти разрушения, находясь в Малом дворце, я не могу.

— А если она не в Малом дворце, а здесь?

— Не уверен, что слуги регулярно мигрируют, по-моему, куда взяли на работу, там и трудятся, — возразил Ренуар.

— А если это служанка одной из кандидаток? Ведь невесты только вселились в Главный дворец, и сразу пострадал склад, — проговорил Лерон.

— Но повариха обошла всех и служанку среди прислуги кандидаток не нашла! — возразил Тео.

— Она могла ошибиться и не узнать. Вспомни, Ренуар, как изменилась графиня Амеди, стоило ей накраситься? Мы её еле узнали! Вернее, если бы не назвали имя, то я бы точно не связал ту девушку, что мы видели в коридоре Малого дворца с той, что вошла в шатер для проверки стихий. Я все-таки, настаиваю на осторожной проверке всех, я подчеркиваю! — всех слуг Малого и Главного дворца на предмет обнаружения дара.

— Здравый смысл в этом, несомненно, есть, — согласился Верховный. — Тогда я не буду расстраивать Его Величество известием, что мы бессильны определить, кто и как повеселился на сыпучем складе, а доложу, что поиски продолжаются, и мы не теряем надежду найти вредителя. Кстати, напомнили о графине Амеди! Девушка имеет очень высокий уровень всех трех стихий, но совершенно не умеет ими пользоваться. Во избежание неприятностей на грядущих испытаниях, необходимо, чтобы кто-нибудь научил ее хотя бы элементарным вещам.

— Согласен, это было бы полезно девушке, — кивнул Ленар. — Она единственная из всех кандидаток вообще ничему не обучалась, это может стать источником опасности.

— Надеюсь, Его Величество примерно накажет ее опекуна — это же надо додуматься — пренебречь обучением одаренной! — возмущенно вступил Ренуар. — Мы не можем разбрасываться магами такого уровня.

— Разбрасываться никто и не думает, я лично присмотрю за ней и, конечно, было бы идеально, если бы принц обратил на Амеди внимание. Я все не могу забыть, насколько магия девушки и Его Высочества совместимы, — согласился Верховный. — Но у Себастиана почему-то предубеждение против графини.

— А что, если поручить Его Высочеству позаниматься с девушкой? Заодно и познакомятся поближе, и глядишь, поладят.

— Ты думаешь? — с сомнением посмотрел на Ренуара Верховный. — Тиан умеет быть невыносимым и если он обидит девушку, она может что-нибудь сделать в ответ. Вспомни, что у нее получилось, когда она не хотела навредить и представь, что будет, если она захочет? И, потом, если о занятиях узнают другие кандидатки, они скандал подымут, мол, все должны быть в равных условиях.

— Ну, это-то вообще не проблема — устройте занятия, не афишируя их. В конце концов, принц никому не обязан отчитываться, чем он занимается, а если другие невесты не узнают, то и скандала не будет.

— Хм… Я подумаю, спасибо за идею. Еще проблема — убедить принца, что кроме него некому обучить девушку.

— Думаю, это не проблема, — вступил в разговор Лерон. — Мы все очень заняты поисками разрушителя, просто ни минутки нет свободной. Доверить невесту мы можем лишь себе и Его Высочеству, а обучить девушку необходимо. Сказать Его Высочеству, что он должен научить ее ограничивать количество вплетаемой силы, ставить блок, чтобы стихии не вырывались произвольно и гасить инерцию. Какие у них стихии общие?

— Вода, Воздух. И на Огонь Амеди осторожно отозвался Огонь принца, но пока можно говорить, что его нет, — ответил Дайриш.

— Вот, пусть работают с Воздухом и Водой, а с Огнем потом кто-нибудь из нас поможет, когда принц научит графиню ограничиваться. Нет, правда — убьем сразу двух зайцев — и девушка обучится, и принц к ней присмотрится. Я ведь правильно понимаю, что ее никто не отпустит? — продолжил Лерон.

— Конечно, кто такой бриллиант выпустит из рук? — удивился Верховный. — Если Его Высочество упрется, то графиню придется срочно выдать за кого-нибудь из приближенных.

— Какой смысл тогда в Отборе, если, по сути, на проверке уже определены лучшие кандидатки?

— Народу нужно зрелище, а принцу — иллюзия, что он тоже выбирает, — вздохнул Верховный. — Кроме Амеди только три девушки наиболее подходят и если Его Высочество выберет какую-то из них, то это будет его выбор. Если же упрется и попытается выбрать другую, придется его женить под наговором.

— Как хорошо, что я не принц, — поёжился Ренуар. — По крайней мере, спутницу жизни я могу себе позволить выбрать по велению сердца, а не долга.

— За все приходится платить, это не прихоть и не самодурство, — возразил Дайриш. — Королевству нужен сильный наследник. Ждать, пока до Его Высочества эта мысль дойдет естественным путем некогда. Его Величество Сигизмунд тоже не горел жениться, однако теперь, посмотри — вполне счастлив.

— Я понимаю это, — согласился маг. — Просто представляю, как горько Его Высочеству и понимаю его, почему он противится.

— По сравнению с девушками, Его Высочество ничего не теряет, — возразил Лерон. — Родился принцем — будь добр соответствовать и выполнять, что должен.

— Ладно, на сегодня достаточно, даже внутренняя политика и личные пристрастия Их Величеств — не наше дело. Завтра возьмем артефакты и будем проверять прислугу, — оборвал разговор Тео Дайриш.

Маги встали, и друг за дружкой покинули помещение, предварительно сняв с него полог тишины. Жизнь научила, что незапланированные и несанкционированные уши могут поджидать где угодно, поэтому предосторожность лишней не была.

Пока все складывалось почти замечательно: хотя про разгром склада во дворце и судачили, никто не связал его с подкопом и «неловкой» служанкой. Габриэлла расстроилась, когда Рози пересказала ей в подробностях, что творилось на сыпучем складе.

— Как же так? Я ведь туда даже не заходила. От меня одни неприятности..

— Учиться Вам надобно, миледи! — сказала Розетта. — Отчего все так получается? Да от того, что Вы не умеете даром пользоваться! Силы-то много, а правильно приложить не знаете как, вот и случаются… диверсии.

— Я и хочу учиться, но сама знаешь, до Совершеннолетия меня могут взять в Академию, только если опекун позволит, а барон никогда не позволит.

— Кстати, миледи, Вам не кажется странным, что Его Милость до сих пор не нарисовался? Ведь наверняка он уже знает, где Вы объявились — ведь репортажи с Отбора по магическому каналу транслируется во все крупные города и поселения Королевства, невозможно, чтобы он не услышал Ваше имя и не увидел Вас на планзифтере.

— Знаешь, Розетта, с нами столько всего случилось, что у меня дядюшка не то, чтобы выпал из головы, просто не оставалось времени о нем думать, — призналась Габи. — Мало мне неприятностей, так еще только барона не хватало, пусть подольше не появляется, я по нему точно не соскучилась.

В дверь постучали, и Розетта пошла посмотреть, кого боги принесли.

Боги принесли обещанного Свахой стилиста.

Им оказался тоненький мальчик в терракотовых брючках, белой в розовые лепестки рубашке, жилете цвета лосося и с внушительным чемоданчиком в руках. Цвета фуксии. Габриэлла слегка озадачилась, когда обнаружила на пороге своей гостиной это чудо.

— Э…

— Ламарель Огюстен, к Вашим услугам, миледи, — поклонился парнишка. — Меня прислала Госпожа Сваха, помочь Вашему Сиятельству научиться пользоваться красками для улучшения природных данных.

— Э. э…

— Вы, верно, удивлены моим юным видом? — вздохнул мальчик. — Все удивляются… Дело в том, что мой несравненный папА увлекался вопросами омоложения и экспериментировал с разными видами магии. А проверял свои разработки на мне, единственном ребенке. Долгое время его изыскания не приносили желаемых плодов, но однажды он угадал и вот — я навсегда остался тринадцатилетним.

— Простите, проходите, — отмерла графиня. — А сколько Вам на самом деле?

— Вы не поверите, — грустно сказал мальчик. — Тридцать шесть.

— Да, это удивительно, — осторожно ответила Габи.

— Поскольку, изменение оказалось необратимым, что только ни делалось, я понял, что мне не светит семья и нормальная жизнь взрослого человека. Но поскольку мне всегда нравилось изменять внешность, причесывать, я начал изучать эту науку и весьма в ней преуспел — вот уже десять лет я личный Стилист Её Величества. Вы позволите взглянуть на Вас?

— Да, конечно, — Габриэлла все еще не пришла в себя от истории Огюстена. — Как мне лучше встать — к окну?

— Присядьте в кресло, я его развернул. Да, вот так, благодарю.

Стилист внимательно рассмотрел лицо девушки, осторожно потрогал ее кожу на скуле, у глаз и удовлетворенно хмыкнул.

— У Вас изумительная кожа и очень красивое лицо! Вам можно вообще не применять краску, Вы и так свежи и ослепительны своей естественностью.

Огюстен, я могу быть с Вами откровенной? — решилась Габриэлла.

— Разумеется, миледи, — с достоинством поклонился стилист. — Все, о чем мы говорим с моими клиентками, мгновенно выветривается у меня из головы, стоит мне переступить порог комнаты.

— Понимаете, я крашусь не для того, чтобы стать красивее. Мне надо наоборот — стать не привлекательной для принца.

— Миледи, — пораженно проговорил Огюстен. — Вы первая женщина, от которой я слышу такое… Но почему???

— Потому что я не хочу замуж за принца, — честно ответила Габриэлла.

— Потрясающе! Вы говорите правду!

— Конечно, правду, — удивилась Габи. — Вы что, владеете ментальной магией?

— Это побочный эффект от папенькиного эликсира, — ответил стилист. — В дополнение к вечной юности я приобрел способность распознавать ложь.

— Вот это очень полезное умения! Я бы очень хотела иметь такое! — воскликнула Габриэлла. — Так что, Вы сможете научить меня?

— Хорошо, покажу, что могу, но сначала покажите, как Вы до сих пор меняли ваш облик с помощью краски. Я посмотрю и помогу что-то исправить, что-то улучшить. Госпожа Сваха была под большим впечатлением от Вашего макияжа.

Габриэлла переглянулась с Розеттой, и они приступили.

В течение всего действа стилист сидел, подперев рукой голову, и внимательно следил, что получается. Наконец, Габриэлла объявила:

— Готово!

— Что могу сказать, — задумчиво проговорил Огюстен. — Красота — страшная сила! Я понимаю, почему Сваха прибежала ко мне ни свет, ни заря — я обычно раньше двенадцати не встаю — и чуть ли не со слезами умоляла помочь. А теперь все смывайте и начнем заново, только уже не столь радикальными методами.

Спустя полчаса, когда графиня приобрела первозданный вид, Огюстен усадил ее перед зеркалом и приступил к объяснению.

— Когда Вы накладываете пять слоев белил и другой краски, Вы, конечно, меняетесь не в лучшую сторону, но всем понятно, что перед ними просто размалеванный образ. Другой недостаток этого метода — на его нанесение требуется достаточно много времени, как и последующее удаление всей краски. Например, когда я вошел, Вы выглядели мило и естественно, то есть, если бы, к примеру, к Вам вдруг пришел принц, Вы не успели бы замаскироваться и он понял бы, что Вы водите его за нос. Уверяю, венценосные особы очень не любят, когда их водят за нос!

— Зачем же принцу сюда заходить? — перебила Габриэлла. — Я думала, что мы с ним рискуем встретиться только за едой или на испытаниях.

— Принц выбирает жену, поэтому может в любой момент посетить любую из кандидаток, разумеется, все в рамках приличия, но факт остается — в случае чего, Вы просто не успеете нанести макияж.

— Да, это правда, — согласилась Габи. — Но ходить все время в раскраске я не хочу, мне очень не нравятся ощущения стянутости.

— Все время ходить в раскраске и вредно!

— Что же тогда делать?

— Смотрите в зеркало и положите за щеки вот эти два валика, — стилист протянул девушке два тонких вытянутых предмета, длиной сантиметра три-четыре, которые достал из своего чемоданчика.

Габриэлла с сомнением взяла и заложила их за щеки. Предметы удобно встали и будто приклеились к деснам. Девушка посмотрела в зеркало — ее лицо неуловимо изменилось!

— Вот, Вы видите? Щеки стали более округлые, изменилась форма лица и Вы уже немного другая и это без слоев краски, а снять и поставить ланницы можно за секунду. Теперь обратите внимание на брови. Вы светленькая, но брови у Вас темнее и прекрасно оттеняют глаза. Возьмите капельку белил и проведите по бровям. Так, правильно. Видите?

— Да, лицо еще изменилось!

— Заметьте, что сделать это можно практически мгновенно! А теперь возьмите тушь для ресниц, какая у вас? Нет, эта не годится, вам нужна светлая, рыжеватая, даже ближе к палевому. Вот, возьмите мою. Несколько раз проведите по ресницам, не бойтесь, эта кисть не позволить нанести больше, чем требуется. Отлично! Посмотрите в зеркало.

— Потрясающе!

— И последний штрих — помада. Да, ярко-красный, еще и рисунок губ «бабочкой» отвлекает на себя внимание, но давайте попробуем бледно-голубой? Вот, держите и нанесите, не задевая края губ. Так! Смотрите.

Из зеркала на Габи смотрела блеклая круглощекая девушка, с невыразительными глазами и тонкими бледными губами. Ничего общего с яркой Габриэллой!

— Конечно, цвет глаз мы не сможем изменить без магии, а с магией нас могут разоблачить, поэтому, когда Вы в образе «белой мышки», старайтесь не смотреть собеседнику прямо в лицо и вставайте так, чтобы источник света был сзади вас. Спиной к Дневному Светилу или светляку, упрощенно говоря.

— Я поняла, — кивнула графиня. — А что делать с волосами? Вы же видите, у меня они такого оттенка, сразу бросятся в глаза.

— Вы не хотите менять цвет волос даже на время? — спросил стилист.

— Это как? — заинтересовалась Габриэлла. — Я потом смогу вернуть свой цвет и не навредит ли это моим волосам?

— У меня есть экстракт ягод купарицы, если прополоскать волосы водой, в которую добавлены три капли экстракта на три литра воды, — волосы станут светлее на один тон. Шесть капель — посветлеют на три тона. После одного ополаскивания цвет будет держаться неделю, даже если Вы за это время несколько раз вымоете волосы. Чтобы мгновенно вернуть естественный цвет, надо ополоснуть волосы таким же количеством капель экстракта ягоды арварицы. Это природные красители, поэтому ни один маг не поймет, что они применялись для изменения цвета волос.

— Вы… Вы можете оставить мне эти экстракты? — с замиранием сердца спросила Габриэлла. — У меня мало денег, но я что-нибудь придумаю.

— Оставлю, конечно, — ответил Огюстен. — Денег не надо, я не бедствую.

— Но, как же, они же не даром Вам достались, — растерялась Габриэлла.

— Миледи, Вы первая девушка, которая сумела меня удивить. Я с удовольствием помогу Вам и сохраню Вашу тайну за удовольствие наблюдать за развитием событий, так сказать, из партера. Вы же позволите мне находиться поблизости?

— Конечно! Боюсь, мне еще не раз потребуется ваша помощь.

— Ну и прекрасно. Значит, договорились. Смотрите — синяя крышечка — это осветлитель, шесть капель! Красная крышечка — восстановитель — тоже шесть капель. Старайтесь не менять цвет волос чаще, чем два раза в день.

— Спасибо, я все поняла, — поблагодарила Габриэлла и бережно положила флакончики в футляр, где до этого лежали ее духи.

— Теперь продолжим.

— Еще не все? — удивилась графиня. — Но я на самом деле выгляжу иначе, и краски на мне почти нет.

— Ваша одежда. Она тоже может подчеркивать фигуру, а мужчины первым делом смотрят на грудь, талию и… то, что ниже талии. Значит, надо все это изменить.

— Как же?

— Надо уменьшить грудь, для этого ее можно обмотать куском полотна и она будет выглядеть менее пышной. Или надеть особый корсет, который сплющит Вашу грудь. Затем, обязательно добавляйте под Ваши платья турнюр.

— Что это такое?

— Это специальная подушечка, которая привязывается чуть пониже талии со стороны спины. С помощью полотна для груди или корсета и турнюра, Ваша фигура значительно изменится.

— Но где мне взять турнюр? — расстроилась Габриэлла.

— У меня есть два, я сейчас схожу и принесу их, а также особый корсет.

Спустя час Габриэлла смотрела на себя в зеркало и диву давалась — кто бы раньше сказал — ни за что не поверила бы, что можно так измениться почти не приложив для этого усилий!

Белые с легкой желтизной волосы приподняты вверх, белесые брови, глаза со светлыми ресницами, щеки, как у хомячка и тонкие бледные губы. Светло-голубое платье, плоская грудь и пышные бедра.

Розетте пришлось чуть подпороть и заново подшить платье, чтобы турнюр сел как родной.

Да уж, красота — страшная сила!

Огюст сиял, будто из белой мышки сотворил красавицу, а не наоборот.

Появление графини Амеди в Голубой гостиной произвело фурор.

— Боги, лучше бы она по-прежнему красилась, — прошептала одна из невест.

Графиня Антонекки фыркнула и отвернулась, а Сваха вытаращилась и растерянно спросила:

— Графиня Амеди, Вы в добром здравии?

— Да, благодарю Вас, — скромно ответила Габриэлла, усаживаясь на свое место.

— Габлиэлла, я думаю, что Вам надо краситься, только меньше, чем обычно, — прошептала ей виконтесса Крастти. — Хотите, я вечером приду к Вам и мы вместе поэкспериментируем?

— Благодарю Вас, Алианда! Не стоит, меня вполне устраивает, как я выгляжу, — дружелюбно ответила Габи.

Вошел принц, девушки встали и присели в реверансе.

— Садитесь, миледи, — кивнул Его Высочество. — Приятного аппетита.

Лениво провел взглядом по девушкам и споткнулся о графиню Амеди.

«И накрашенная страшная и не накрашенная не лучше», — сделал он вывод. — Скорее бы вечер и встреча с Лией!