Глава 13. Добро пожаловать в отчий дом!

Купцы, что возили товары из Делара в Вальхейм и обратно, не только проложили понтонную переправу и установили паром, они еще и постоялые дворы по берегам построили, чтобы с удобством и комфортом ждать очереди на переправу. Там они могли перегрузить товар, отдохнуть или переночевать, чтобы не продолжать путь в ночи. Понятно теперь, почему Сингрид бесится, все купцы баронское поместье дальней дорогой обходят. Ну и правильно, я такой деловой подход одобряю.

В трактире нас встретили приветливо и спокойно, его хозяйкой оказалась молодая женщина, веселая и хваткая. Баронскую дочь она во мне не признала, а потому общалась уважительно, но без всякого подобострастия. Хотя, возможно, что это в принципе было в ее манере.

— Вам номера или только обед? — спросила хозяйка, разглядывая Линнею. — Детского меню нет, но постараюсь что-нибудь придумать. Как насчет пюре с котлетой, принцесса? Все дети его очень любят.

— Вы хорошо знаете детей? — тут же заинтересовалась малышка.

— Скорее, я знаю их вкусовые пристрастия, — улыбаясь, ответила женщина. — Ну так как, доверишься мне?

Линнея важно кивнула и отправилась за столик.

— Мне тоже, что и девочке, — сказала я. — А еще нам горячий морс или компот и горячий суп или бульон, если можно.

— Разумеется, — улыбнулась женщина, оставляя нас.

— Итак, вы хотите нанять меня на работу, — сказала, когда мы остались одни. — Я так понимаю, что это в Вальхейме? Что именно от меня требуется?

Старуха подтвердила, что да, работа ждет меня в Вальхейме и заключается в том, что нужно преподать несколько уроков хороших манер князю Эйнару Вормусу, отцу синеглазой малышки.

— Папочка должен понравиться невестам, — пояснила малышка. — Тогда про него не будут говорить, что он плохой правитель.

— И на этих условиях мы попадем в Вальхейм? — уточнила я.

— Только на этих, на других дороги вам туда не будет, — усмехнулась старуха.

— И как вы это себе представляете? Мы обгоним кортеж невест, встретимся с князем и подготовим его к их встрече с невестами? Мы успеем? Сколько времени у нас будет?

— У тебя, детка, тут мы тебе не помощники, — поправила старуха. — Мы тебе только доставку в Вальхейм организуем. Обогнать невест не так сложно, как ты думаешь. Дорога это объездная, а прямая через твой отчий дом идет. Заглянем туда, заодно и на братика твоего защиту наведем. Нашу, северную, надежную. Поедем не на карете, так что в дороге не задержимся.

— У границы объявления расклеим, чтобы папочка знал, что ты по нему обратилась. Он не очень любит, когда Даная в его дела вмешивается, — снова включилась в разговор малышка, с интересом помешивая принесенный куриный бульон с лапшой.

Я попробовала его первой и осталась вполне довольна, это было именно то, что всем нам было нужно, мне после купания в холодной воде, девочке и ее няне после долгого ожидания на берегу, а Фросе — после нервного потрясения, когда ее на полном ходу выкинули из кареты.

Пока мы ждали подачи блюд, я снова залезла в саквояж, и тут-то мне и пригодилась шкатулка, подаренная смешливым доктором. Старуха помогала, глядя с некоторым уважением и поясняя для воспитанницы наши действия, а Линнея внимательно наблюдала. Фрося пыталась отнекиваться, говоря, что ей не надо на нее дорогущие лекарства тратить, но старая нянька сказала, что больные и увечные в Вальхейме не выживают, а потому, если она не хочет лечиться, то ей лучше тут остаться, и служанка замолчала, смирившись с моей решительностью оказать ей первую помощь.

Со мной же было на удивление все хорошо, оказывается, костюм, подаренный гномом, даже не промок, и если бы это были брюки, а не юбка, то я, вполне возможно, сумела бы выплыть.

— Про то, как невест обогнала, если спросят, скажешь, что отец проводил. У барона Наураса на своей земле власть такая есть, — сказала старуха, следом за мной тоже поднося ложку ко рту.

— Что насчет Фроскевы? Она со мной отправится, — выставила я условие. — И что по оплате уроков? Договор у вас имеется?

— Договор тебе придется подписать с папочкой, — вздохнула девочка. — Но даже если он не согласится, братику твоему мы все равно поможем. Только ты папуле об этом не говори. Служанку твою на работу в замок возьмем, там слуги требуются, но ей придется князю служить, не тебе.

Фрося отрицательно замотала головой, но я взяла ее за руку:

— Хорошо. Но с Фроскевой контракт временный заключим, и чтобы она уйти могла, когда захочет. Теперь про Васила — как именно вы хотите помочь моему брату и насколько это опасно? Вы говорили что-то про Стужу? Поясните подробнее, пожалуйста, и без утайки, — попросила я.

Мне объяснили, что Линнея может передать Василу часть своего дара, и это позволит ребенку постоять за себя даже неосознанно.

— Ты думаешь, супруги князя рады были, что у него дочь есть? — рассказывала мне старуха, когда мы поели и девочка напросилась посмотреть, как хозяйка таверны готовит пюре и котлеты. Не знаю, чем кормят княжеских дочерей, но простая еда пришлась ребенку по вкусу, и Линнея уговорила женщину поделиться рецептами. Фрося тоже отправилась на кухню перенимать опыт, а Даная осталась со мной. — Каждая хотела своего ребенка родить и чтоб он наследником княжеским стал. Как только порог переступали, так дитя извести пытались. Да только Север своих детей бережет, кто что подлое затеял — дар Стужи останавливает.

Старуха порылась в своей торбе, достала оттуда нитяной браслет с прозрачными стеклянными бусинами, похожими на голубые осколки льда, и протянула мне:

— На-ка вот, надень. Край у нас суров, и правитель под стать ему. Браслет, случись что, хоть гнев его отведет.

— Знаете, мне что-то страшно уже стало с князем знакомиться, — призналась, принимая и надевая браслет. Он вспыхнул голубыми искорками, которые тут же погасли, и чуть уколол меня, будто бы легким ударом тока. — Магический?

Старуха кивнула, внимательно наблюдая за мной.

— И это правильно, девка. Коли боишься, то и вести себя будешь осторожно. Вторая жена Эйнара не боялась ничего, думала, что раз в спальне князь с ней ласков, так она им крутить может как хочет. Как забеременела, совсем разошлась — объявила, что в отсутствии Стража она править будет. Эйнар велел жену не обижать, относиться к ней с пониманием. Слуги старались, угождали как могли. А я ей как кость в горле стояла, поскольку надо мной хозяева только Север и князь. Хотела она нас с Лин из дворца отослать, но Эйнар не позволил ей. Тогда затаила змея злобу и, как князь по делам уехал, пришла ночью к колыбели Линнеюшки. Да там и осталась.

— Только не говорите, что ребенок с ней что-то сделал, — я нахмурилась, догадавшись, куда клонит женщина.

— Толку-то, что промолчу, прошлого этого не изменит. Льдинка наша мачеху в лед обратила. Так и поняли, что соврала змеюка про то, что носит княжеского наследника. Не навредила бы магия Стужи ему. Ну а мне пришлось дар волховицы принять, чтоб подопечную свою защитить. Не хотела, думала обычной жизнью жить буду, но что случилось, значит, так надо было, — покачала головой женщина.

— Васил так же будет? Замораживать всех? — спросила, сама внутренне заледенев.

— Не всех, только кто ему зло причинить попробует. Если ребенка любить будут, дар зла не сделает. Но за него плата высокая, если любви и тепла недостаточно будет, то Стужа себе мальчонку заберет — сердце в лед превратит.

— И что тогда? — напряглась я от осознания перспективы. — И сколько времени на это потребуется?

— Чем дальше от владений Стужи, тем больше. Пара лет у тебя точно будет, чтоб вернуться и своим теплом брата отогреть. Ну а не успеешь, так и без сердца люди живут, — сказала старуха.

— Не хочется родному человеку такой судьбы — бессердечным стать, — заметила я.

— Верно, не хочется, — согласилась старуха. — Да только выбора нет. За Линнею всё Стужа и Север решили, а тебе или брата потерять, или такой ценой жизнь ему сохранить. Нашептал мне ветер, что баронесса лютует в замке и приставленная нянька ее окоротить не в силах. Вот такая ж странная бывает материнская любовь — вроде два сына, да только один от любимого мужчины, а второй от постылого, но необходимого. Вот и хочется его со света сжить, чтобы судьбу первого получше устроить. Ну так что решила, Айна?

— Едем в баронский дом, — сказала я. И пока Фрося с девочкой не вернулись и старуха не позвала воспитанницу, спросила: — Подождите, получается, что и Линнея сердцем замерзнуть может?

— Снежинку нашу ясноглазую отец очень любит, как и она его. Да только насколько их любви хватит, даже я не ведаю, — призналась женщина. — Поэтому и надо, чтобы князь на отборе нужное впечатление произвел. Мать мы девочке нашей не найдем, но хоть кого-то, чтобы сердце князя семейным очагом отогреть могла, да дочку его со света сжить не пыталась. Ну и чтобы Север ее принял.

— Надеюсь, у этого вашего Севера адекватные критерии, а то боюсь, что миссия окажется невыполнимой, — пробормотала я себе под нос, поднимаясь, чтобы забрать девочку и служанку.

На душе внезапно стало беспокойно, под ложечкой засосало и захотелось немедленно мчаться в баронский дом, будто в спину дышит невнятное ощущение надвигающейся беды.

Старуха лишь хмыкнула и поднялась следом.