Глава 29. Сплетни

Будто ледяным ветром дохнуло в лицо, а потом сразу огненным жаром. Щеки запылали, как в лихорадке, а я так и замерла на месте, превратившись в статую.

Почему они говорят обо мне с таким презрением и уверенностью? Откуда могут все это знать? А разговор на этом не закончился.

— Ты полагаешь?

— Конечно, — рассмеялась вторая незнакомка низким глубоким смехом. — Тут и гадать не нужно. Разве можно подобное позорище всерьез воспринимать в качестве императрицы? Аллард — настоящий император. Он мыслит категориями долга. Вполне естественно, что он не смог отказаться от истинной пары. Но настоящей императрицей она не станет. Я уверена.

— А как же истинность? Разве ее можно разорвать? — изумилась первая сплетница. — У меня до сих пор в груди колет, как увидела эту деревенщину неотесанную в платье рядом с императором и князем. Ты видела как она горбилась? А как голову держала? Жаль защитные чары не дали лицо рассмотреть. Подумать только какая нахалка! И князя и императора себе за в истинные приписала! Я бы очень хотела на нее воочию полюбоваться.

— Я уверена, что эту традицию специально вспомнили, — хмыкнула вторая. — Думаю там и смотреть не на что. Убожество и есть. Императору просто стыдно демонстрировать эту проходимку. Готова поспорить, что они ее после коронации запрут в покоях, а потом ушлют куда подальше, когда наследников родит. А потом уже Аллард придумает, как и титула ее по-тихому лишить.

— Думаешь он пойдет на это? Драконы могут быть недовольны…

— Пфф… У императоров никогда не было истинных. Все к этому привыкли. А тут появилась эта выскочка. Как думаешь остальные высшие рода довольны таким положением вещей? Они-то планировали выгодно пристроить кого-то из своих дочек в императрицы, — в голосе незнакомки отчетливо сквозило превосходство.

Я оттолкнулась от широкого ствола дерева и тихо отошла. Дальше по дорожке я шла медленно, пытаясь унять колотящееся сердце и вернуть лицу прежний цвет. Плохо выходило. В ушах стучали несправедливые колкие слова незнакомок.

Я злилась на них, и одновременно сердце сковывало страхом.

А вдруг они правы?

Нет, в чувствах моего князя и императора я была уверена. Но вдруг все то, что обсуждали эти женщины было действительностью? Никто не видит во меня достойной драконов императорской крови? Ведь даже я сама не чувствую себя ровней с ними.

Но выходит все мои усилия оказались напрасными. Мои промахи были заметны всем, и теперь все их вот так открыто обсуждают и смеются надо мной. Хуже того, мои ошибки бросают тень и на моих истинных!

Я все испортила! Я не гожусь на роль императрицы, как я и думала!

Боги, как пережить этот позор?!

А еще… Рассказать или нет Алларду и Стейну про подслушанный разговор? Мне не хотелось бы раздувать эту историю. Вполне возможно я буду выглядеть глупо, жалуясь на пустых сплетниц. Я ведь должна быть выше этого. И меня не должны задевать подобные выпады.

Был у нас со Стейном однажды разговор на эту тему. Совсем давно, еще в начале наших отношений. Я тогда как раз смущенно пыталась ему доказать, что мы с ним не пара. Дракон и простая целительница…

Шутка ли?

А Стейн очень доходчиво и убедительно доказал мне, что все это лишь людские предрассудки. А у драконов совсем другие понятия и законы. Им важна суть, что скрыта за всей этой шелухой из титулов и прочих побрякушек.

Я приняла его точку зрения, но теперь… Как быть теперь?

Мы ведь живем не среди одних драконов. Империя большая и знатные рода всегда были опорой императорской власти. Что будет, если они выступят против коронации такой императрицы?

Я задумчиво добрела до границы парка, совершенно не заметив этого. Развернулась и вспыхнула от неожиданности под пристальным взглядом своего князя.

— Стейн? Как ты…

— Я увидел, что ты так сильно погрузилась в свои мысли, что не стал тебе мешать, сердце мое, — шагнул он ко мне и крепко поцеловал вместо приветствия. — О чем ты думала с таким нахмуренным личиком? Снова о госпитале? Или тебя кто-то обидел?

— Я? Нет… То есть, я думала о коронации и о госпитале тоже… — растерялась я от его вопроса, а еще от того каким острым блеском сверкнули его глаза с вытянувшимися зрачками.

Мне все же не хотелось тревожить своих любимых этими глупостями. Сейчас уже, когда острота неприятных высказываний в мою сторону немного притупилась, я не хотела снова обострять эту тему. У Алларда и Стейна и так забот хватает, помимо моих жалоб. А эти сплетницы… мне просто следует забыть про их завистливые мысли.

Да, тут же все понятно и без всяких подсказок. Ясно, что ими обеими говорила зависть, а еще гордыня и спесь. Я встречала подобных личностей и не только среди аристократов. Даже среди простых горожан встречались подобные образчики, которые считали себя выше других.

Не буду портить настроение моим мужчинам. Достаточно, что у меня оно подпорчено оказалось. Лучше попробую его вернуть в объятиях своих любимых.

А остальное забудется через пару дней. Я уверена.

— Ролана, точно ничего не случилось? Ты выглядишь взволнованной. Раскраснелась, ресницы мокрые… — продолжил разглядывать мое лицо Стейн.

— Все хорошо, я просто долго была на солнце. Задумалась и не заметила, что гуляю уже продолжительное время, — попыталась я оправдаться, досадуя на его проницательность.

— Что-то случилось? Что с Роланой, брат? — раздался за моей спиной знакомый низкий рокочущий голос.

Замираю в объятиях Стейна, пряча лицо на его груди. Теперь мне вдвойне будет сложнее сохранить спокойствие. Думала у меня еще есть время, чтобы прийти в себя, пока дойду до своей комнаты, но мои драконы лишили меня его.

— Да вот я пытаюсь узнать, что растревожило нашу скромницу жену, но пока не получается вызвать у нее откровенность, — шутливо докладывает Стейн брату.

— Откровенность? Ммм… — медленно тянет император, приближаясь к нам.

Он ласково прикасается к моим волосам, отводит в сторону завитые локоны, и мягко целует в основание шеи.

— Я знаю, как помочь нашей прелестнице стать откровеннее со своими истинными, — опаляет он своим жарким дыханием нежную кожу.

И почему его низкий бархатный голос сочится таким медово-сладким довольством? Что он задумал?