Глава 2

Сжимаю горячую чашку в руке. Внутри меня странная пустота образовалась.

— Лин, — сестра мягко касается моей руки, заставляя меня пусть немного, но прийти в себя.

Не помню, как именно доехала до дома. По пути позвонила няне и попросила срочно собрать Льва. Она что-то говорила в трубку, что искупала малыша, что они ко сну готовятся. Не знаю, что именно она услышала в моем ответе, но к моему приезду сын был уже одет. Я взяла его в охапку и буквально перед самым приездом Яра сорвалась с места. В зеркале заднего вида я видела, как он вбегает в подъезд. Кажется, до сих пор я ощущаю этот странный и липкий холод погони.

У сестры я была глубокой ночью, сказать, что я ее удивила, значит ничего не сказать.

— Ангелин, расскажи, что произошло, а то ты пугаешь меня.

Бросаю взгляд в окно, замечая, что уже рассвет. Яр не пришел, скорее всего, думает, что сама вернусь. В прошлый раз же выкрутился с сообщением. С помадой на воротнике. Думает, и в этот раз прощу.

Ставлю локти на стол, зарываясь в волосы.

— Не могу я так, Лен, — шепчу почти онемевшими губами.

— Чего не можешь? Жить в роскошных апартаментах? Ездить на новеньком БМВ? Ты не работаешь, не учишься.

— Я одинока, понимаешь? — признаюсь вслух в том, в чем давно уже боюсь признаться самой себе.

— Все в браке одиноки, Лин, — спокойно отвечает. — Пойми, принцев не существует. Это все в твоей голове.

— В браке должна быть любовь, а у нас…

— Много мне моя любовь дала, Лин? — чуть мягче спрашивает сестра с налетом горечи и отчаяния. Мне даже ответить на это нечего. Сложно сказать, в каком состоянии она сейчас и как пережила все то, что с ней сделал Олег.

— Прости, — тихо отвечаю. — Я просто… я одна. В браке, но одна. Одиночество меня съедает. Вся моя жизнь уже превратилась в какую-то привычку. Помнишь, какой я была? Боевой. Веселой. Увлекалась всем, чем только можно. Пыталась все успеть. Стать той, о ком родители бы мечтали. Сейчас моя жизнь посвящена сыну. Я не жалею об этом, но Ярослав не принимает в этом никакого участия. Он живет своей жизнью, мы с сыном своей. Он никогда не любил меня, женился из-за тактичности. Я сама виновата.

— Семейная жизнь, сестренка, совсем не то, как красиво описывают в романах. Это хорошо, когда муж работает. Он, как истинный мужчина, добытчик семьи, взял ответственность на себя.

— Он изменил мне, — тихо произношу, окончательно признавая свой брак неудачным.

— Может, тебе и впрямь показалось? Помнишь, как было с тем сообщением? У него были переговоры, а ты неделю ходила с дурными мыслями.

— Я застукала его с другой женщиной. Прямо в его кабинете. Вот уж точно по мне можно романы писать. Кажется, это книжный шаблон.

— Такое бывает, сестренка. Повзрослей уже. Ты была сначала на сохранении, потом по врачебным показаниям не могла вернуться к интимной жизни. Каждая семья переживает кризис в отношениях. Тебе нужно поговорить с ним. Уверена, у него есть объяснения.

— Какие еще объяснения, Лен?! — почти срываюсь на крик, но вовремя успеваю сдержаться, зная, что за стенкой дети.

— Неужели моя жизнь тебе больше нравится? — парирует в такт сестра. — Неужели лучше каждый день сидеть на кухне в страхе, что кто-то из кредиторов бывшего мужа может ворваться и что-то сделать моим детям? Ярослав заботится о тебе. Не ограничивает тебя. Нам помогает. Столько Олег не сделал для родных детей, сколько сделал твой Ярослав. Перестань уже читать романы о неверности и вернись в реальность. У вас семья. Он взял тебя в жены.

— Да не взял он меня в жены! — выкрикиваю в сердцах и почти чувствую расслабление. Точно сняла с себя какой-то груз. — Он сделал это… из-за ребенка.

— Он мог просто помогать тебе. Мог заботиться о сыне. Мог брать его себе. Но он решил создать семью именно с тобой. Это взрослое, взвешенное решение.

— Олег тоже принял взрослое решение, когда делал тебе предложение, — всхлипывая, отвечаю. — Может, жизнь и не роман, а я все еще слишком наивна, но я верю в то, что отношения строятся на доверии и взаимной любви.

— И ты должна ему доверять. Отец Ярослава взял нас под опеку. Бизнесу родителей не дал зачахнуть. Пусть там небольшая прибыль, но она была. А наша родня запросто захотела все это отнять. Растащить каждую купленную отцом акцию. Если бы не Али Вассадович, неизвестно, что именно с нами было бы. Заканчивай с соплями. И выбрось мысли о любви. Оставь это мыльным операм. Я — живое доказательство того, как светлое чувство может обернуться против тебя же. Как эта “большая и искренняя любовь” бросила детей. Не платит алиментов, а еще сбросила долги на шестилетнюю дочь и полуторагодовалого сына. Отличное чувство, Ангелина, эта чистая любовь, — выдыхает сестра, и мы слышим голос Владика. — Прости, Лин, — устало выдает, — мне нужно посмотреть сына.

Устало выдыхаю, всматриваясь в окно, которое выходит во двор.

Когда-то я пошутила и сказала Яру, что в нашем брачном договоре нужно прописать пункт о неверности, но муж воспринял это серьезно. Он и так человек слова, я верю ему, но он сказал, что так мне будет спокойнее. Если хотя бы маленькое сомнение закралось, значит, нужно прописать этот момент. Тогда я даже думала, как мне повезло. Что он действительно любит меня. Понимает. Прислушивается к каждому слову.

— Уснул, — выдыхает сестра, присаживаясь обратно на стул. — Послушай, Ангелина, ты бы подумала еще раз. Где ты еще такого, как Ярослав, найдешь?! Или в мою жизнь хочешь? Забыла, как я хваталась за любую работу? Мыла полы в подъездах и в соседней школе. Дети все время со мной. Как я их бутербродами пичкала. Одна сухомятка была, потому что времени нормально поесть не было. Потому что кредиторы Олега давили. Вот уж точно отец года, проиграл все в казино, а потом просто решил смыться. Смыться, испариться, сбежать и не подумать ни о собственных детях, ни обо мне. Олег ведь знал, что придут именно жене и станут пугать расправой, намекая на моих малышей. А как все красиво начиналось, Ангелин. Вспомни. Романтика. Цветы. Конфеты. Дорогие рестораны и роскошные путешествия. И все это было на деньги, выигранные в казино. А я просто верила в него. Любила и слепо верила. Не замечала намеков. Даже если Ярослав и сходил налево, то не надо клевать ему мозги. Главное, ты живешь хорошо. Он не продает тебя. Не попрекает куском хлеба. Ты живешь без долгов и обременений. Если бы не тот оставленный конверт от отца, я бы никогда не расплатилась с кредиторами. Была бы вечной должницей.

Перевожу взгляд на чашку и прикусываю внутреннюю сторону щеки. Это я попросила Ярослава помочь, а он прописал это в нашем с ним брачном договоре. Но сестре знать об этом точно не стоит.

— Ты не найдешь лучшего варианта, сестренка, потому что его просто нет. Лучше чувствовать себя в безопасности, за спиной сильного и уверенного мужчины, чем быть в красивой сказке иллюзий.

Резкий и неприятный звук в дверь заставляет нас одновременно вздрогнуть. Я сглатываю, ощущая, как неприятная капелька пота скользит вниз по позвоночнику.