Глава 28

Ярослав

Холодный пластик стула впивается в спину даже через дорогую ткань пиджака. Воздух в кабинете для допросов спертый, пахнет говенным дешевым кофе и пылью. Я откидываюсь назад, скрестив руки на груди. Взгляд непроизвольно скользит по серым стенам, замызганному столу, решетке на окне. Абсурд. Ярослав Вассадов, наследник империи, сидит в ментовке.

Мысли скачут, пытаясь выстроить стратегию. Мой адвокат уже в курсе проблемы, но, сука, что-то я тут уже задержался. Вычту своё ожидание из его гонорара.

Дверь со скрипом открывается. Взгляд быстро перемещаю на мужчину.

Среднего роста, в помятом костюме, с усталым лицом и потрепанным портфелем. Типичный страж правосудия с нищенской зарплатой.

Блять! Это уже не смешно!

— Ярослав Алиевич? — его голос тихий, почти апатичный. — Меня назначили вашим защитником. Давайте ознакомимся…

— Не тратьте время, — обрываю его, не меняя позы. — У меня есть адвокат. Вы мне не нужны.

Он даже с места не двигается. Очки поправляет и присаживается напротив.

Внутри всё моментально напрягается. Не ведут себя так защитники от гос. службы. Что не так?

— Процедура обязывает, — парирует он, и его вежливость внезапно напрягает меня.

Он раскладывает перед собой папку, начинает неспешно копаться в бумагах. Движения его точные, выверенные. Слишком выверенные для уставшего госзащитника.

— Вам предъявлено обвинение по статье 159, часть 4, — бормочет он что-то под нос, перелистывая страницы. — Мошенничество в особо крупном размере, совершенное организованной группой…

Мой взгляд падает на его руки. Чистые, ухоженные пальцы, без следов чернил или заусенцев. Дорогие часы, скромно выглядывающие из-под манжеты. Ничего общего с его потертым костюмом.

Приманка. Значит, Алексей кого-то здесь подкупил, чтобы я подписал отказ от тендера.

— Вы не представились? — он не реагирует на вопрос. — Следует представляться, когда озвучиваете, кто вы.

Мужчина достает из папки несколько листов, скрепленных степлером. Внутри все сжимается в тугой, раскаленный узел.

Вот и подтверждение. Сейчас он покажет мне какую-нибудь липу, поддельные финансовые отчеты, что-то, что должно вывести меня из себя.

— Вот, ознакомьтесь, — протягивает мне светлые листы.

Аккуратно беру их за край. Ментовка — ментовкой, а пальчики мои не хочу светить. Мало ли, что еще придумал мой конкурент.

Мой взгляд едва касается первого листа, и новая волна ярости разливается по телу. Фото. Ночь. Парковка. Я и Влада. Она на коленях. Моя голова запрокинута от наслаждения.

Сука! Это её работа! Влада! Сняла на видео, а теперь решила это в ход пустить! Шантажировать?!

— Что это за цирк? — рычу я, сжимая бумагу так, что костяшки пальцев белеют.

Мой взгляд скользит к следующему документу, который разворачивает ко мне адвокат. Мозг отказывается воспринимать написанное. Это не обвинительное заключение. Это…

СВИДЕТЕЛЬСТВО О РАСТОРЖЕНИИ БРАКА.

Секунда тишины, и воздух вышибает из легких. Я читаю снова и снова, пытаясь найти подвох, ошибку. Номер акта. Дата. Сегодняшнее число. Наши с Ангелиной имена.

— Что… это… — слова с трудом вырываются из пересохшего горла.

— Ваша супруга, Ангелина Викторовна Вассадова, подала на развод в упрощенном порядке, — его голос звучит ровно, без единой нотки сочувствия. — На основании предоставленных ею доказательств вашей измены и пункта в брачном контракте, суд удовлетворил её требование.

Я не слышу его. Весь мир сузился до этого листа бумаги. Она… подала на развод. Упрощенный порядок. Значит, у неё были неопровержимые доказательства. Видео.

Адвокат перекладывает следующие бумаги.

— Здесь указано, что гражданка Вассадова отказывается от раздела совместно нажитого имущества, которое полагается ей после доказательства вашей измены. Она оставляет вам всё: недвижимость, акции, доли в бизнесе. За собой она сохраняет лишь права на личный банковский счет, который вы ей открыли в день регистрации брака.

Он делает паузу, и я понимаю, что далее пойдет удар.

— Взамен, — его голос становится еще тише, но каждое слово врезается в сознание, как пуля, — вы отказываетесь от всех родительских прав в отношении несовершеннолетнего сына, Льва Ярославовича Вассадова. Вы соглашаетесь не оспаривать его место жительства с матерью и не препятствовать их выезду за пределы страны.

Тишина.

Во мне не остается ничего. Ни ярости, ни злости. Только ледяная, всепоглощающая пустота. Она всё продумала. Каждый шаг. Она не просто сбежала. Решила забрать единственное, что имело для меня смысл, кроме денег и власти. Она забрала сына.

Я медленно поднимаю на него взгляд. Адвокат смотрит на меня с тем же холодным спокойствием.

— Где они? — мой голос похож больше на рык. Сам его не узнаю. Серая мышка, которой совсем недавно двадцать лет исполнилось, так меня провела?

— Это не входит в протокол, Ярослав Алиевич. Документы подписаны, решение вступило в силу. Поздравляю, вы свободны от брачных уз и от родительских обязанностей.

Он собирает свои бумаги, оставляет на столе передо мной Свидетельство о расторжении брака и отказ от родительских прав.

Дверь за ним закрывается, и я остаюсь в тишине с доказательством своего полного, сокрушительного поражения. Она не просто ушла. Она отняла у меня сына. И сделала это достаточно изящно и крайне хладнокровно.

Ладно, мышка, я подпишу эти бумаги. Все бумаги, но это не значит, что я отсюда не выйду и не смогу тебя найти.