Глава 18

Когда Алия на миг открылась, я увидел свет её души, такой сидящий и чистый, что дух захватило. Я прижал её к себе, пытаясь справиться с потрясением. Прекрасней моей пары я никого не видел. Вот причина, почему её кожа излучает свет – тело девушки не в стоянии скрыть правду. Оказывается, Алия не оборотень, она совсем другое существо.

Эта новость меня оглушила, я как сумасшедший принялся её целовать, думал, она просто преданная сестра, решил, что этого будет вполне достаточно, чтобы рискнуть. А оказалась…

И опять из-за свой бывшей я чуть не совершил самую большую ошибку в жизни. Ведь знал, что её кровь показывает странный результат, но не хотел разбираться. Зачем? Тогда я решил, всё равно её учесть предрешена.

Бездна, как это создание оказалось в этом мире? Как она смогла скрыть свою сущность от всех? Нет, вот как раз с этим вопросом более-менее понятно – тут явно без магического вмешательства не обошлось. Или же скрыть правду помогал препарат, что она принимала, пока я его не конфисковал. Знает ли Алия сама, кто она на самом деле?

Когда вынес её из озера, простым заклинанием автоматически высушил нас, у Алии это вызвало бурный восторг. Выходит, она даже не догадывается о своём происхождении и возможностях. Значит, и пользоваться своей силой не умеет. Или у неё магии просто не было, пока я не вживил в неё свой ген? Или же ей перекрыли магический резерв – это вполне вероятно. Но почему? Была бы она злом, душа была бы темнее ночи.

Что, чёрт возьми, происходит?

Пресветлая, как же я сейчас рад, что сделал её практически неуязвимой! Хоть одной проблемой меньше. Алии пока ничего рассказывать не буду, начнутся вопросы, а у меня никаких внятных ответов, одни догадки.

Ладно, разберусь.

Сейчас для меня главное, чтобы Алии ко мне потянулась, а с остальным я справлюсь. Попытался расшевелить её разговором, даже пошутил – увы, неудачно. Расстроил только её. Пришлось ей немного рассказать о своих чувствах. Не всё, но для начала этого достаточно. И опять разговор коснулся темы моей бывшей – Алия хочет знать правду. Ну что ж, не буду её разочаровывать.

– Если неприятна эта тема, то… – пошла она на попятный, нервно заёрзав на стуле.

– Алия, успокойся, а то на своей красивой попе мозоль натрёшь, а мне ты нужна эти три дня здоровой. – Девушка удивлённо открыла рот, но замерла. – Да-да, твоя попа тоже приводит меня в восторг, так и тянет её укусить, а потом расцеловать.

Вначале девушка смутилась, покраснела, но, быстро взяв себя в руки, перешла в наступление:

– А после трёх дней моё здоровье уже не будет волновать?

Так и подмывало сказать правду, что с того момента, как я решил рискнуть, согласившись на слияние, взял ответственность за её благополучие на себя. Более того, я прекрасно осознаю последствия этого обряда: после него она станет смыслом моей жизни. Вот почему такие, как я, не стремятся обзаводиться парами. Это всё одно что добровольно застегнуть ошейник себе на шее. Но я не готов ей настолько открыться.

– Отчего же? После слияние меня волновать будет не только здоровье… – окинул её красноречивым взглядом, вновь смутив. Какая прелесть. – Ты можешь задавать мне любые вопросы. Если не захочу отвечать, то не стану. О бывшей расскажу всё как есть. Но для начала ты должна знать, кем я являюсь на самом деле. Слышала ли ты когда-нибудь о расе агресов?

– Агрессоров? – робко переспрашивает.

– Нет. А-г-р-е-с, – по буквам произнёс ей название. – Но и твоё название подходит, явно создатель специально так нас назвал, у Адимиса весьма своеобразное чувство юмора было всегда.

– Адимис? А кто это?

– Его называют тёмным богом, или богом войны. Очень давно он создал свирепых созданий, вложив в них слишком много силы и возможностей, они практически стали равны богам. Мать всего сущего возмутилась и наказала сурово Адимиса, приказав своё порождение закрыть в одном из миров. Правда, он попал под раздачу не только из-за нас, но это к делу не относится.

– Неужели эти создание были настолько ужасны?

– Ты сама ответь на этот вопрос – я ужасен?

Её реакции позабавила: вначале её глаза округлились, она нервно сглотнула, но, быстро взяв эмоции под контроль, начала более внимательно меня исследовать взглядом.

– Это шутка, да?

– Хм, кто-то плохо меня слушал. Я же говорил – нас.

– Но ты же оборотень, пусть и первородный. И что в тебе такого? Ну, помимо магии и силы? За что вашего бога наказали? По мне – ты обычный монстр. Подожди, ты сказал, что вас заперли в мире… Как же вы выбрались?

– Адимис был наказан не только за нас, и поверь, он это заслужил. Тем более нас создавал не только он, нас можно назвать результатом коллективного труда. Каждый из богов вложил самое лучшее в нас, хотя изначально агресов хотели сделать безжалостными и неуязвимыми убийцами. Но творческий порыв – вещь непредсказуемая, особенно, когда создатель зол и пошёл на принцип. Мы получили шикарный набор, но и один существенный изъян: детей можно зачать только с истинной парой, и ребёнок будет мужского пола.

– Не поняла, а кто меня запугивал кучей щенков?

– Вот именно – запугивал, но не тебя. Я думал, что это бывшая, только поэтому поставил метку и обещал ад.

– Ты мне угрожал совсем недавно, зная, что я не она.

– Это уже в прошлом, мои планы поменялись. – Она лишь усмехнулась, а вот взгляд говорил: везёт же некоторым, есть возможность поменять планы. – Слияние и всё вытекающее из этого – тут всё, как и прежде, полное послушание.

– Но попытаться соскочить я была обязана.

Шкодливо стреляет в меня глазками, даже не понимая, что природа начинает брать своё.

– Соскочить не получится, потом продемонстрирую почему.

Многозначительно показываю на свою ширинку. Щёки Алии обдало жаром, она такая забавная, когда краснеет.

– Что было дальше? – быстро перевела она тему.

– Как мы спаслись? – Кивнула. – Тут проблем никаких не возникло. Адимис слишком гордился нами и создал клон якобы агресов. Те не были такими свирепыми, и мать всего сущего убедилась, что те милашки, и отступила. И, как выяснилось, не зря. Через пятьсот лет ей понадобилась помощь. Создали чертовски живучих, но безмозглых монстров, убить которых было весьма проблематично Адимис попросил вмешаться, мы не отказали, в благодарность мать всего сущего позволила нам жить. Итак, переходим к бывшей. Тогда я был молод и не обращал на многие вещи внимания, а стоило бы.

– Тут не поспоришь. Как ты мог взять в пару женщину, зная, что она обманщица?

– Упрёк принят. Но в тот момент я считал, что это от большой любви и желания почувствовать защиту мужчины. Пару я не хотел, а прыгать из постели в постель на тот момент надело. Решил на несколько лет остепениться, пока она не уйдёт за грань. Продлевать ей жизнь больше, чем отмерено, я не собирался, так что это можно было назвать взаимовыгодной сделкой. Тем более мне импонировало, что она любит детей, трепетно относится к беременным самкам. Я подумал, что она хорошая девочка, и решил ей помочь.

Я замолчал, перед глазами всплыла её лаборатория в пещере. Там эта тварь из детей выкачивала жизнь по капле. Двадцать человек – и эта капля превращалась в море. Столько лет прошло, а я ненавижу эту падаль не меньше, чем когда понял, кто во всём виноват.

Метрах в двухстах от лаборатории мы нашли наспех засыпанную шахту с многочисленными останками. Обследовали их и пришли к выводу, что этим моя бывшая занималась лет двести, не меньше. Вначале её жертвами были и взрослые тоже.

Мы не заметили этого лишь потому, что в том мире, где я с братьями в тот момент обосновался, дети не пропадали до случая, когда к нам обратилась безутешная мать, которая не смогла найти сына.

Кинулись на поиски и наткнулись на магический барьер, спрятанный за тремя заклинаниями. Вот почему никто не учуял запах разлагающихся тел, не мог услышать стон умирающих детей и проходил мимо, словно этого места и не существовало. Мы обнаружили его лишь потому, что плюнули на обещание, данное друг другу очень давно, и призвали свою силу – силу агресов.

– …И что дальше было? – вернул меня голос Алии в наши дни.

– Пропал ребёнок у одной волчицы, стали искать и наткнулись на лабораторию с двадцатью детьми. Из них выкачивали жизнь с помощью магии. Недалеко от этого места массовое захоронение обнаружилось. С нашими возможностями было несложно определить, чьих рук это дело.

Алия побледнела, ладонью прикрыла рот, заглушая стон. Из её прекрасных глаз покатились слёзы, но миг – и они высохли, и лютая ненависть зажглась в них.

– Ну и… Ну и тварь же твоя бывшая! – Подскочила Алия, нервно заходила по кухне из стороны в сторону, возмущённо казня её разными способами. – Шкуру ей заживо нужно было содрать за такое, потом вернуть и вновь содрать – и так целую вечность! Нет, лучше отдать на растерзание родителям – пусть бы хоть так душу отвели. Нет, им не нужно – ещё грех на душу брать из-за этой мерзавки. – Воображение у моей не фонтан, но огонь праведной ярости ух какой! – Так… – Она резко затормозила. – Я не поняла… – переводит взгляд на меня… – если ты такой прокаченный богами, то почему не заподозрил ничего раньше, не учуял запах разлагающейся плоти, когда с ней спал? Насколько знаю, у оборотней обоняние отменное. Или не стал искать ранее пропавших детей?

– Алия, ты, видимо, опять плохо меня слушала. В нашем мире пропал один ребёнок. А остальных ей поставляли из других миров. Тех, кто был жив, мы вылечили и вернули родителям, а её сообщников нашли и жестоко покарали. Они-то и сдали её с потрохами под пытками. Влад до сих пор не может поверить, что это её рук дело. А вот я уверен, ведь пока братья лечили детей, я основательно покопался в её памяти. Знаешь, кто был её первой жертвой?

– Судя по твоему красноречивому взгляду и интонации, пара твоей бывшей.

Ты посмотри, какая сообразительная! Порадовала.

– А насчёт того, что не чувствовал… Так она же там бывала, когда я на долгое время отлучался по делам, да ещё и с помощью магии и других запахов эту вонь перебивала. Жили мы в разных частях дома, встречались в её спальне или где приспичит, когда нужно было пар спустить. В свою я её не пускал и у неё не оставался на ночь. Привычка отдыхать одному, знаешь ли, выработалась за долгую жизнь. – На лице моей пары я прочёл облегчение. Вот же засранка! – В нашем случае такого не будет, мы спим вместе.

– Не стоит из-за меня что-либо менять! – выпалила.

– Ещё как стоит. Ты как никто этого достойна. – Алия скривила лицо, словно я сейчас приговор озвучил, а не выделил её. – Ты моя пара, не забывай, оборотням необходимо чувствовать пару.

– А ты как бы и не оборотень, – нашлась она.

– Ах это… Ну, технически я оборотень. Забыла, что в нас вложили всё самое лучшее? – Алия махнула рукой и вновь села на стул. – Мы решили, почему бы не прикинуться первородными, придумали сказку про них – нужно же было объяснить нашу силу. И всё прокатило. А вот инстинкты у нас гораздо сильнее…

– Хорошо, – милостиво согласилась она, словно имела право выбора в этом вопросе. Наивная. – А как ты свою бывшую наказал?

– Первое желание было мучить её вечно. Но вмешалась мать всего сущего, а с ней только идиоты спорят. Люцида* – так зовут мать всего сущего, – пояснил я, – приказала перебираться в этот мир, усыпить сучку, пока пара не явится за ней отомстить.

– Чего-то он не спешит… – буркнула Алия.

– Я тоже замучился его ждать и не хочу, чтобы эта тварь, моя бывшая, вновь переродилась. Вот почему я хочу быть на сто процентов уверен, что она не очнётся до назначенного времени.

– Знаешь, – Алия тяжко вздохнула, – я после твоего рассказа удивлена, что ты меня не разорвал на куски при первой нашей встрече.

– Не буду лгать – очень хотелось. Наверное, остановил инстинкт и твой иной запах. И нежелание дать шанс переродиться сыграло не последнюю роль.

– Я тебя не осуждаю за грубость при первой встрече. Да что там – понимаю. Ты имел право злиться.

Она посмотрела на меня, и я прочёл в её глазах: но ты не имеешь права злиться на меня – я не заслуживаю такого обращения.

– После слияния я помогу тебе найти сестру.

Это единственное, что я мог сделать, чтобы извиниться за содеянное.

* Согласно трактовке философов, Люцида считается воплощенной вселенной, одухотворенной искрой из которой Творец вылепил вс ё остальное, будто есть в мире. Люцида – это жизненная энергия в самой себе, прогресс, не прибегающая ни к стороне зла, ни к стороне добра.