Глава 27

Я молчала. Ну а что еще мне оставалось сделать? Врать он мне запретил, а скажи правду – оглянуться не успеешь, как окажешься в местном аналоге психушки. Что у них тут положено несчастным душевнобольным, которые на полном серьезе убеждают, что прибыли из другого мира и поселились в чужое тело? Впрочем, подозреваю, психушка мне все-таки не грозит. Скорее выданный мне провидением супруг по привычке просто не поверит ни одному моему слову. Сама бы не поверила. Магия, жрецы, драконы – все это, конечно, хорошо. А вот как объяснить человеку из их мира, к примеру, интернет или ипотеку?

– Я тебя слушаю, – напомнил о себе князь.

– Нет, это я вас слушаю. Такими обвинениями просто так не бросаются. С чего вы взяли, что я не княгиня?

Разумеется, я просто тянула время. Из-за незнания местных реалий я прокалывалась так часто, что удивительно, что князь не раскусил меня еще раньше. Ну или что только он и раскусил. Впрочем, мне было любопытно, что именно стало последней каплей. Ясно же, к окончательному выводу он пришел только сейчас. Впрочем, я была уверена: сам он говорить не станет, попытается вытащить нужные ему ответы из меня.

Но он заговорил:

– С чего взял? Да со всего. Прежде всего…

Он подвинулся ко мне, протянул руку и зарылся пальцами в волосы на затылке. От этого его прикосновения меня с ног до головы обсыпало мурашками. Нет, да это просто неприлично – так реагировать на мужчину! В прошлой жизни я себе такого не позволяла.

Он явно считал мою реакцию и самодовольно улыбнулся.

– Твоя метка, – пояснил он, зачем тянул ко мне руки. – У княгини ее не было, у тебя есть. Вот, собственно, и все. Никаких доказательство больше не нужно, чтобы понять, что ты с ней – это два разных человека.

Ну что ж, логично. Только ведь метку он видел и раньше.

– Были и другие звоночки. Ты говоришь, что потеряла память. Я поспрашивал у лекарей…

Я приподняла бровь.

– Да неужели?

Он поморщился.

– Разумеется, не у этого твоего… Он скажет кому угодно и что угодно, лишь бы тебе угодить. У нормальных лекарей. И вот что они говорят: потеря памяти – штука вполне возможная. И надо сказать, не такая уж и редкая. С людьми действительно такое случается.

– Ну вот, – вставила я с осторожным оптимизмом.

– В конце концов, этот вердикт врачей скорее подтверждал мою версию, чем опровергал. Только вот забывают они какие-то обстоятельства из собственной жизни. Что-то, что касается их самих. А вот пристрастие к определенной еде и напиткам и знания о том, как вообще устроен мир, остаются прежними.

Я вздохнула. Что ж, Штирлица выдал парашют. Точнее, любовь к кофе и теплые чувства к соленьям. Странное дело. Несмотря на серьезность нашего разговора и масштабность неприятностей, которыми он мне грозил, куда больше, чем обвинения дракона, меня волновала близость его тела. Я не столько слушала его слова, сколько жадно следила за губами, которые их произносили. Находиться рядом с ним под одним одеялом было совершенно невыносимо. Да что же это, Анна Владимировна, возьми себя в руки! Ты же взрослая женщина, надо как-то контролировать.

Князь снова протянул руку, коснулся моей щеки большим пальцем. Осторожно провел по лицу. И я едва сдержалась, чтобы не застонать.

– А еще, похоже, ты понятия не имеешь о том, как дракон и его истинная реагируют друг на друга.

– В смысле? – переспросила я.

В глазах князя мелькнули веселые искры.

– Поражаюсь твоей выдержке. Ты уже столько времени провела со мной в одной постели и все еще на меня не набросилась.

– А должна была? – хмыкнула я.

– Вообще-то да, – совершенно серьезно сказал он. – Видишь, ты об этом понятия не имеешь.

Так вот в чем дело! Теперь все становилось на свои места. Мое ненормальное влечение к дракону – всего лишь побочный эффект от той золотистой штуки, которую я не могла увидеть, только нащупать, потому что какие-то неведомые силы шмякнули мне на затылок.

– Нет, серьезно, – усмехнулся князь. – Когда сегодня ты согласилась провести со мной ночь, так сказать, для вида, я был уверен, что это просто игра, кокетство. Что на самом деле ты не против оказаться со мной в одной постели. Но теперь вижу: ты действительно искренне считала, что это возможно.

Он покачал головой.

– Но главное, конечно, что ты ничего не знаешь об амулете, который способен вернуть магию. А это ведь самая главная человеческая легенда, которую знает у нас любой младенец.

– Что за легенда? – хрипло спросила я.

Откровенно говоря, она меня не очень интересовала. Гораздо меньше, чем мужчина, который находился так близко. И близость эта, судя по тому, что я только что выяснила, была неизбежна. Черт, ну какие легенды? Кому это интересно? Хватит его слушать, достаточно совсем чуть-чуть податься вперед и закрыть ему рот поцелуем. И вот тогда все будет правильно.

От этой мысли у меня задрожали кончики пальцев, голова шла кругом от сладостного предвкушения, я почти потянулась ему навстречу.

И все же сумела себя остановить.

Он сказал, что так на меня действует близость. А значит, я могу прямо сейчас выскочить из кровати и закрыться в ванной комнате. Ну да, отличная мысль. Можно просидеть там до самого утра, пока князь не уйдет… Да, пожалуй, именно так и надо поступить!

– Давным-давно, – начал дракон с завыванием, явно передразнивая тех, кто торжественно и со значением рассказывает эти истории, – когда на земле жили только люди, среди них встречались сильные и могущественные маги. Но потом явились драконы. Их магия была гораздо сильнее. Но дело даже не в этом, она была совершенно иного свойства, чем человеческая. И тогда человеческая магия иссякла. Уже многие века среди людей не появляется сильных магов. Даже самые одаренные из них никак не могут соперничать с драконами, а у большинства этого дара и вовсе нет. Или он так слаб, что за всю жизнь может так ни разу и не проявиться.

– И давно на землю пришли драконы? – спросила я машинально. Исторические подробности меня, говоря откровенно, мало интересовали. Куда меньше, чем широкая, мускулистая мужская грудь, что маячила перед глазами.

– Они не приходили, – нахмурился князь, – а были здесь всегда. Говорю же вам: это легенда, глупая сказка, в которую верят некоторые люди, – он вздохнул, – и, как выяснилось, даже некоторые драконы.

Князь замолчал, и какие-то несколько мгновений мы лежали в полной тишине.

– Ты не княгиня, – он снова вернулся к прежнему разговору, давая понять, что заболтать его у меня не получилось. – Тогда кто? И каким образом тебе удалось совершить подмену? Вы ведь похожи как две капли воды. И куда делась сама княгиня? Не то чтобы ее судьба меня очень волновала, но все же… Ты получила ответы на свои вопросы, а я должен получить ответы на свои.

Он хлопнул рукой по перине. И одеяло, которое до этого прикрывало его бедра, съехало. Я судорожно перевела дыхание. Что он там говорил? Удивляется, что я в состоянии держать себя в руках так долго? Я вот не удивляюсь. Вполне могла просто из-за незнания законов этого мира.

Я вспомнила байку, которую постоянно травят на тренингах личностного роста. Про ученого, который опоздал на какое-то занятие по высшей математике, переписал задание с доски, очень удивившись, что задание сложное. Но, повозившись, все-таки сумел его решить. Уж не знаю, правда это или коучи много чего преувеличили, переврали реальную историю. Но после выяснилось, что это было не домашнее задание, а две задачи, которые считались в принципе нерешаемыми, над которыми математики бились много лет. Видимо, как тот несчастный математик, я в течение нескольких дней кое-как справлялась с «домашним заданием». Но сейчас, узнав, что это невозможно, перестала справляться и быстро протараторила:

– Княгиня умерла. Ее отравили. А я из другого мира, просто вселилась в ее тело. Как – не спрашивайте, я не знаю. Сама не ожидала, честно. И вообще, хватит болтать.

Силы воли на бегство в ванную у меня явно не хватало. Я сделала именно то, чего хотела все это время, – накрыла губы своего мужа поцелуем.