Глава 8.2

— Пока не знаю, — я покачал головой, — но мне невыгодно оставлять его репутацию кристально чистой. Поэтому он должен думать иначе. Даже если его вина не будет доказана, сама судебная тяжба и слухи плохо повлияют на его репутацию, что мне только на руку. И пока он думает, что я уверен в его причастности к покушению на Амари Риатон, я смогу приблизиться к разгадке его взаимоотношений с эскарцами.

— Хороший план, — хмыкнул Кайн. — Тогда мне следить дальше за вашим братом?

— Нет, — покачал головой, — за братом приставь кого-то другого, а сам следи за домом Улгура и за Амари.

— Вернее, за той, что сейчас в её теле? — уточнил Кайн, и я кивнул. — Вы думаете, что если сама леди Риатон была связана с эскарцами, они рано или поздно свяжутся с ней или вновь попытаются избавиться?

Я опять согласился. Кайн моментально прыгнул в тень, а я зашёл к главе министерства. Теперь осталось собрать нужные бумаги на брата, чтобы начать официальное расследование. Пока у меня были лишь мотивы и один интересный факт: отсутствие алиби у брата во время покушения. Я точно знаю, что дома его не было, как и в других излюбленных братом местах. Разумеется, я понимал, что даже если Амари убита им, то лишь по его приказу, а не лично Элдженом. Но в то же время, если его не было дома и он не озаботился своим алиби, значит, занимался чем-то противогосударственным, поэтому не станет раскрывать карты.

Элджен угодил в ловушку.

Я не собираюсь отправлять родного брата на виселицу, и факты, действительно способные уничтожить его, никогда не всплывут — уж я об этом позабочусь, но сейчас мне необходимо его нейтрализовать.

Я постучал в дверь, хотя знал, что глава министерства меня уже ожидает.

— Входи, Лориан, — со вздохом разрешил он, и я переступил порог. — Ты по поводу покушения на жену брата? Скверное дело. Разрушение твоего дома связано с этим? Очередная попытка убить леди Амари Риатон?

Кейсар Торглон был военным до мозга костей. Всегда в отглаженной форме, с идеально уложенными усами и не менее идеальной осанкой. Когда дело касалось злоумышленников, он имел хватку эгроса. За более чем пятьдесят лет службы он поймал столько преступников, что ими была заполнена половина тюрем.

— Пока не могу ничего сказать по этому поводу, лишь то, что все в безопасности, — откликнулся я. — Я хотел только попросить вас выписать разрешение на обыск в доме моего брата, а также дать ход расследованию.

— Сделаю, — со вздохом согласился Кейсар и нахмурился ещё больше. — Это ведь не подковёрные игры, сынок? Не хочу, чтобы ваша борьба была нечестной.

— А политика бывает честной? — изумился я и прошёл вперёд, подав папку, которую успел оформить вчера утром и вписать туда несколько добытых вечером деталей дела. — Ознакомьтесь. Быть может, это что-то и прояснит.

— Лориан, — мужчина отложил папку, даже не став её раскрывать, — наше королевство вскоре будет втянуто в смуту. Принцессе не позволят решать, за кого выходить замуж, но меня пугает не это. А то, что от неё вовсе захотят избавиться.

Я сжал зубы.

— Её Высочеству смогут навредить только через мой труп.

Именно поэтому от меня тоже хотели избавиться. Я никому не говорил, но уже возвращал Мел к жизни. К сожалению, даже я не всесилен, и однажды не смог её уберечь, но она об этом не знает. Ей показалось, что она просто потеряла сознание.

Как же… яд был слишком агрессивен.

Император находился за гранью и того больше. Поэтому я уже не был уверен, что смогу спасти его еще раз. Я опустошу весь свой резерв для этого, но получится ли?..

Мортана может не позволить. Ведь одно дело — возвращать к жизни после преждевременной смерти, и другое — идя наперекор её замыслу, когда смерть наступает от старости или затяжной болезни.

— Каменщики активизировались, — выдал Кейсар. — Они стали засылать своих людей в высшие слои общества. У них всё больше сторонников.

— При всём уважении, но разве первые каменщики не из аристократии?

«Каменщики» — так грубо называли оппозицию, набирающую обороты в последние годы. Она собиралась вернуть нашу империю в каменный век, как шутили про них власть имущие. Оппозиционеры придерживались старых устоев, и многих не устраивала политика нынешнего короля — слишком резкие нововведения были осуществлены при нём. Например, женщины получили право участвовать в Совете. А простые рабочие смогли переходить с одной работы на другую без разрешения градоначальника. Но самое главное — он разрешал простолюдинам обучаться в академиях, что вызвало шквал критики со стороны старой знати. Потомственные аристократы боялись, что их благородная кровь начнёт смешиваться с простой, неодарённой, что в итоге приведёт к вырождению теневых драконов.

Теория, имеющая право на существование, вот только у человека всё равно должен быть выбор.

— Мы должны служить императору до его последнего вздоха, — тихо произнёс Кейсар. — Но что будет, когда вздохов больше не услышим?

— Останется принцесса.

— Ты или Элджен, — возразил Кейсар. — Никто не потерпит женщину на престоле, она нужна лишь для продолжения рода и легитимности власти. Общество разделится на тех, кто поддерживает тебя, а кто — брата. Остаётся понять, на чью сторону встанут каменщики? Или решат выдвинуть своего кандидата? Последнее может привести к рекам крови. Впрочем, и ваша с братом…

— Я никогда не пойду против брата, — сказал уверенно. — Как бы там ни было, он моя семья. У нас с ним не всё гладко, мы придерживаемся совершенно разных взглядов на жизнь, но то, что нас связывает, останется навечно.

— Да будет так, Лориан. Но мы все готовимся к непростым временам. И лучше, чтобы они не наступили, для этого поторопись сделать так, чтобы принцесса вышла за тебя замуж, а Совет — поддержал.

Я сжал зубы. Я уже давно сделал официальное предложение, но Совет тянул с выбором кандидата. Что ж, возможно, происшествие с Амари действительно сыграет мне на руку и ускорит мою помолвку с Мелисантой.

Только почему сейчас я думаю об этом без предвкушения?