Глава 46.

– Дом, милый дом, – распахнув дверь, заглянула внутрь.

– Рабочие постарались на славу, – осматриваясь, удовлетворённо произнёс виконт.

Мы с дочкой замерли, не узнавая своё жилище: косметический ремонт, который обещал Дик Зандер, был больше похож на полноценный. Рабочие заменили пол, стены сияли чистотой, потолок отремонтирован, магические светильники стали больше.

– Дик, – в голову пришла дикая мысль. – Скажи, что ты не потратился на ремонт магического накопителя? – спросила, указывая на новые осветители. Иначе зачем их заменять, если нет накопителя.

– Маргарита, ты только не нервничай, – с виноватой улыбкой виконт сделал шаг назад. – Сейчас я имею право делать такие подарки, ты согласилась на мои ухаживания. И я как твой жених…

Молодой человек нервничал.

– Прости, Дик, я не привыкла, что кто-то что-то делает для меня от чистого сердца.

На эмоциях и чтобы спрятать слёзы, неожиданно обняла его.

– Это ты меня прости, – сильные руки обняли в ответ.

– Наремонтировали, ни одной дырочки не оставили, всё проверила, мышам не пробраться, а я так хотела полакомиться с дороги, – около ног прошуршала змея. Я, вздрогнув, ойкнула в широкое плечо и рефлекторно поджала одну ногу.

– Не бойся, ты привыкнешь к Такаре, она добрая, а за семью жизни не пожалеет.

– Да, обязательно привыкну, – прошептала, не шевелясь, так не хотелось разрывать объятья, но пришлось.

Больше всего порадовал кабинет: чисто, новая мебель, карты стояли на отдельной полке.

Теперь у Венди была своя комната, а у меня своя. Ремонт затронул и второй этаж, даже боюсь подумать, сколько же рабочих нанял Дик, чтобы за несколько дней всё доделать.

Перед уходом попросила Дика об одолжении – найти садовников для облагораживания территории и мастеров, что смогут привести фасад здания в приличный вид. Тот пообещал, что через несколько дней рабочие придут, но, видя, что виконт не собирается оговаривать цену, тут же сказала, что сама оплачу работу.

Молодой человек улыбнулся и не стал настаивать на обратном.

После того как отдохнули, Скай отправился за Белочкой, Венди очень по ней соскучилась.

Тоби, махнув хвостом, убежал по своим кошачьим делам, а я направилась готовить обед.

Дни полетели за днями. Дик приходил каждый день с цветами, часто оставался на обед, моё сердечко с радостью приветствовало его. Я благосклонно принимала знаки внимания, цветы, маленькие подарки, а в ответ пыталась удивить вкусными блюдами.

На второй день после возвращения меня ждала неприятная встреча. Я думала, что пришли на лечение. Да, у меня теперь была запись. После того как я стала известна в столице, обо мне написали все местные газеты, потянулся народ из разных городов, пришлось вести запись. Моих магических сил не хватало на всех желающих. Так вот о неприятной встрече. Раздался стук, я с улыбкой открыла дверь и увидела пожилую пару, родителей господина Блоу.

С удивлением пригласила в дом, всё же неблизкий путь проделали. Разговор не заладился с самого начала. Не было в их словах искренности, они словно выдавливали из себя извинения, пытаясь выбелить себя и сына. Мол, они не знали, что Бертрам безумно в меня влюблён, что это лишь их вина, и так далее, и тому подобное.

С улыбкой ответила, что совершенно не держу на них зла – что было правдой – и намекнула, что ко мне скоро должны прийти на лечение.

Пожилые супруги поднялись, на лице главы семейства появилось холодное выражение, будто он сделал дело и вернулся к своей настоящей надменной личности.

Но стоило распахнуть дверь, как за ней обнаружился сын четы с огромным букетом ярко-красных роз.

На его лице появилось неподдельное удивление. Господа Блоу, извинившись, удалились, оставив нас наедине. Они, наверное, думали, что я сейчас растаю и дам их сыну шанс, но нет.

Бертрам протянул букет и хотел что-то сказать, но я опередила, попросив больше не беспокоить меня, так как моё сердце уже занято.

В глазах напротив мелькнул гнев, но Блоу справился со своими эмоциями и натянуто улыбнулся, упав на одно колено. Долго каялся, уверяя, что жизни без меня не видит, что спать не может… В общем, общие банальные фразы.

Через полчаса удалось его выпроводить, сказав, что шансов нет и вскоре я выйду замуж за виконта. Морально выжатая, прислонилась к закрытой двери. Грустно вздохнув, подумала, что поспешила с заявлением, Дик Зандер пока не предлагал мне руку и сердце. А что, если Блоу разнесёт по городу мои слова? Вот же будет неудобно перед виконтом.

Тряхнув головой, решила попить чай.

– Мамочка, Белочка просто похорошела за эти дни, – в кухню вбежала Венди с Бузом и Скаем. – Её шерсть блестит, она счастлива. Не удивлюсь, если в табуне встретила себе красавца коня.

– Венди! – возмущённо посмотрела на дочь. – О чём ты говоришь, где твои манеры? – девочка засмеялась.

– Чай будешь? Садитесь, у меня есть ещё примерно минут двадцать, перед тем как придут по записи.

Но пришли немного раньше. Властный стук громко оповестил о том, что посетители торопятся попасть внутрь.

– Сейчас, сейчас. Зачем так громко стучать? Я прекрасно слышу! – резко распахнула дверь и уставилась на трёх незнакомых людей. Все они были одеты в чёрное, двое мужчин и женщина в белом чепчике.

– Госпожа Маргарита Блэк-Девитт? – вопросительно поинтересовалась незнакомка.

– Да, а вы кто и по какому вопросу? – не успела спросить, как мужчины подвинули меня и без разрешения вошли в дом.

– По какому вопросу? – за ними последовала женщина. – Госпожа Блэк-Девитт, вы знаете, что нарушили кучу законов? Один из них – кража денег.

– Что? – в шоке замерла, не зная, что ответить. – Какие законы, о чём вы?

– Где девочка, которую вы нам продали? – женщина достала из сумки бумаги. – Вот тут всё написано. Сто золотых за сироту Гвендолен Августу Блэк-Девитт, магически одарённую девочку, которую сопровождает фамильяр Букербуз. Она вступает в ряды магического ордена, что трудится на благо королевства. Вы, госпожа Маргарита, получили деньги сполна и давно должны были доставить сироту к воротам обители. Почему этого не произошло? Сколько дней пришлось вас разыскивать! Невероятная наглость! За попытку обмана ордена вы будете отданы в руки властей. Не забудьте отдать нам все деньги и девочку.

Я еле понимала, чего они от меня хотят.

– Подождите, тут какая-то ошибка. Бред. Когда это я продавала свою дочь?

– У вас нет дочери, госпожа Блэк-Девитт, не нужно разыгрывать спектакль, – женщина кивнула головой, один из мужчин тут же подал ей стул. – Нам обыскивать дом, или вы сами приведёте девочку?

– Подождите, господа, всё это ужасное недоразумение. Дело в том, что я потеряла память, упав в реку и ударившись головой о камень. Господа, всё это можно решить мирно. За ваши хлопоты, поиски я готова возместить ущерб, если мною до потери памяти были взяты сто золотых, то я сию минуту готова вернуть двести. Давайте расторгнем договор, моя дочь останется со мной, и ваш орден не станет держать на меня обиду.

Уголки губ сидящей женщины чуть приподнялись вверх, раздался тихий смех, только вот её глаза говорили о том, что ей не смешно.

– Заканчивайте балаган, госпожа Блэк-Девитт, вы прекрасно знаете, что договоры по приказу его королевского величества нерушимы. Если родители, опекуны или иные лица подписывают его, забирая деньги, а нам отдавая одарённого ребёнка, то он не имеет права до конца своих дней выйти из ордена. И никакие деньги не помогут, орден и без ваших золотых благодаря королю богат! Где девочка?

– Подождите, но бывают же исключения, госпожа настоятельница, молю!

Женщина усмехнулась.

– До настоятельницы мне далековато, но исключение есть, если сам король издаст указ о расторжении договора, да только этого ни разу не было. Да и странно вы себя ведёте, дети сами желают учиться в нашем ордене, а затем служить на благо его величества, да только мы принимаем лишь одарённых. Что с вами не так? Найти девочку!

Женщина, потеряв терпение, отдала приказ сопровождающим. Тут же на их пути встал Скай.

– Госпожа Маргарита, мои воины в одно касание уничтожат вашего зверя, давайте не будем пугать ребёнка. Мы не звери, а лишь пришли за своим. В ордене очень хорошо относятся к детям. Вы сами подумайте, каждый из них маг, у которого мы должны развить их способности. О чём вы вообще думаете? В нашем доме нет насилия, а лишь любовь и забота, обучение и дисциплина.

– Подождите, ничего этого не нужно! – воскликнула я, вспомнив о свитке. – У меня есть индульгенция от его величества. Позвольте, умоляю, всего пять минут, и этот ужас закончится… Буз! – громко крикнула я, распахивая дверь кабинета, где стояли письменные принадлежности.

Медведь тотчас откликнулся. Схватив свиток, написала то, о чём говорила женщина, на всякий случай приложив большой палец как отпечаток. Бумага тут же засветилась жёлтым, печать налилась красным.

– Не может быть, – договор в руках женщины испарялся на глазах. – За какие заслуги его величество выдал вам такую бумагу? – тихо, с трепетом в голосе спросила женщина.

– Вы разве не читали газеты? Там были новости о спасении фамильяра его высочества, – от радости, что всё получилось, на моём лице расцвела улыбка. – Вот за такие заслуги.

– Не читала, – ошарашенно произнесла женщина в чёрном. – Ну что же, Маргарита Блэк-Девитт, вы нас переиграли, остались и при деньгах, и ребёнка не отдали.

В глазах напротив я увидела гнев.

– Подождите, я не врала, когда говорила, что потеряла память. За все ваши хлопоты и понимание прошу вас принять деньги на благо ордена. Я же могу их пожертвовать? Буз, дай, пожалуйста, двести золотых, как я и обещала.

Взгляд напротив смягчился. Мало ли что произойдёт в будущем, мне совершенно не хотелось иметь во врагах такую сильную магическую организацию, тем более не хотелось, чтобы недопонимание распространилось на детей.

– Можете пожертвовать, – женщина кивнула одному из сопровождающих, он тут же убрал протянутый мешочек с монетами.

– Надеюсь, между нами не осталось недопониманий?

– Что ж, – задумчиво произнесла та в ответ. – Наш орден всегда рад видеть пожертвования от законопослушных граждан. Многие присылают каждый год в силу своих возможностей от пяти до десяти золотых.

– Мы законопослушные и уважаем короля, магию, так что с радостью будем присылать пожертвования, – заверила представителей ордена.

Как я была рада, когда за их спинами закрылась дверь.

– Всё, они сели в свою чёрную карету и уехали, – произнёс Скай, неотрывно следящий за ними в окно.

– Венди, солнышко, ты где? – тихо позвала девочку.

– Я тут, мамочка, – Гвендолен вышла из кухни со слезами на глазах.

– Доченька, ты чего плачешь? Что случилось? Всё же хорошо. Ты поэтому мне не рассказывала, куда мы ехали? Не хотела в орден?

– Мама, прости меня, я тебе не рассказала, что ты мне не родная мама, обманула, – всхлипывая, она обняла меня.

– Венди, не плачь, – попыталась успокоить девочку. – Я давно знала, что не являюсь твоей настоящей мамой, но не хотела об этом говорить.

Венди, смахнув слезу, подняла взгляд.

– А зачем говорить, если я потеряла память? Ты сказала, что моя дочь, значит, так и есть.

– Мамочка, ты была такой злой до того нападения. Ты меня не любила, никогда по имени не называла, «эй» или «ты». Пока был жив папа, у меня были хорошая еда и одежда, а как только его не стало, ты всё распродала, оставила лишь свои платья. Заключила договор с орденом и, взяв слуг, села в карету и повезла меня в ту даль. Я лишь мешала твоим планам вернуться в столицу и найти там нового мужа, – слёзы вновь покатились по детским щекам. – Мы с Бузом решили бежать, как только подвернётся возможность. Она и подвернулась, – тихо прошептала девочка. – Да только ты изменилась. Мне с лёгкостью удалось тебя убедить, что ты моя мама. Я всё ждала подходящего момента для побега, но твоя доброта и любовь… Я не узнавала тебя. «Доченька», «Венди», «дорогая», «любимая», всё это для меня было как сказка, в которой хотелось побыть подольше. Я не думала, что орден будет нас искать, после того как мы не приехали. Прости меня…

– Глупышка, за что мне тебя прощать? Это только ты можешь меня простить за то, какой я была до падения. Простишь?

– Я давно простила, мамочка, – девочка наконец улыбнулась. – Мама, скажи, а что, если твоя память вернётся? Ты вновь станешь злой, перестанешь меня любить? – обеспокоенно спросила дочка.

– Никогда, клянусь! – произнесла, прижимая к себе настрадавшегося ребёнка. – Теперь у тебя есть настоящая мама, и ты мне можешь верить.

– Спасибо, мамочка! – Гвендолен выпрямилась и поцеловала меня в щёку, а я её в ответ.

– Тут в городе найдём магическую школу, там у тебя появятся друзья-сверстники, наша жизнь не будет прежней.

Я была готова выполнить своё обещание любой ценой ради счастья дочери.