Глава 13

Тишина кабинета давила каменным обвалом. На столе валялся свежий доклад, но Вильгельм и так знал, что там.

Найти лекаря барона фон Арнет было делом двух дней, а разговор занял не более получаса. Старик не сопротивлялся аресту. Ждал его, как раскаявшийся грешник жаждет мук искупления, и сам протянул руки для кандалов. А в тюрьме подтвердил тупость герцога де Грейстора – Ребекку и ее отца травили.

Жгучая ярость подмывала крушить все вокруг, но он не мог пошевелиться. Стоял, рассматривая окно на противоположном крыле замка. Комната девушки, которую он…

Вильгельм прикрыл глаза. Проклятье! В грудную клетку как кусок грязи запихнули и сверху ушат помоев вылили. Ни выплюнуть, ни отмыться. Ребекка была в сознании! Не просто в сознании – вытяжка из Корня Ведьмы отнимает способность двигаться и обостряет чувствительность в сотни раз. О, Создатель! Думать не хотелось, что ей пришлось вынести… Хрупкая маленькая фея, а он… Он идиот! Слепой полудурок, не проверивший историю фон Арнетов. Доверился королевским ищейкам! И вот что в итоге!

- Проклятье, - прошипел, прокручивая на запястье браслет.

Ничего не мешает снять этот демонов кусок металла и зашвырнуть обратно в семейное Хранилище к другим артефактам, доставшимся от сумасшедшего предка. А после вручить девушке дарственную на ее же замок, а сверху сдобрить ошибку брака россыпью драгоценных камней. Лидия бы оценила…

- Проклятье, - пробормотал вновь.

Но Ребекка – не Лидия! И то, что произошло в первую ночь, не просто ошибка – бесконечно хуже. Любые оправдания в том, что не досмотрел, не проверил, не хотел - звучат жалко. Перед ней и самим собой в том числе.

Гнев нашел себе новую жертву и с тщанием дотошного палача вязал из нервов безобразные узлы. И причиной было не осознание того, что придется начинать заново. Искать, проверять, хитрить с женитьбой, чтобы выглядело правдоподобно… Да плевать! Как ему суметь поправить ошибку? Вот что важно!

В окне девушки качнулись портьеры, словно она тоже смотрела в окно. И надо бы не протирать в стекле дырку взглядом, а взять себя за шкирку и заставить объясниться, при этом не пытаясь малодушно повесить всех собак на Гиневьеву.

Старая тварь… Где она нашла Корень Ведьмы? Безумно редкое и ядовитое растение, так любимое у палачей. Пытки под ним не просто пытки – невыносимая агония, но кроме этого - сок действует, как медленная отрава. И с попустительства лекаря тварь пользовала ее для получения замка и титула!

- Пусть Создатель не заставит вас выбирать между долгом и любимым человеком, - прошелестел в голове бесцветный голос лекаря. – Я не боюсь смерти, но ее... найдите ее!

Конечно, дрянь сбежала. Попыталась убить девушку до вступления в брак, а когда не получилось – исчезла. Обчистила закрома покойного фон Арнета, прихватила дочурок и залегла на дно. И лучше бы ей там перегрызть себе вены, потому что когда он ее найдет…

Впервые Вильгельм с удовольствием вспомнил, что прочел в дневнике своего пращура, прозванного Железным Герцогом. На шестилетнего мальчика описание пыток произвели неизгладимо отвоатительное впечатление, но именно сейчас Вильгельм без зазрения совести кое-что опробовал.

Слуховое оконце распахнулось, и с тихим щебетом в комнату впорхнула механическая канарейка.

Вильгельм хмуро взглянул на птицу, но что железной тварюшке до его настроения и мыслей?! Посланница от Лидии чирикала и требовала прослушать сообщение. К демонам! Впервые за долгое время в голове засела совсем другая женщина.

Вильгельм мимоходом ткнул в камешек на груди канарейки, уничтожая послание, и быстрым шагом направился к столу. Пробежался взглядом по свитку: король рвал и метал, узнав о «шалостях» Гиневьевы, и прочил ей все кары Преисподней. Но Вильгельм хорошо знал, о чем на самом деле хочет знать Генрих – что дальше?

Темные лозы браслета слегка шевельнулись, будто чувствуя агонию мыслей. Демонова жемчужина коллекции - путь к ее созданию изгваздан кровью. Снять бы скорее, но… Еще раз ругнувшись, Вильгельм ткнул в пластину на столе.

- Накрыть малую столовую. И сообщить герцогине де Грейстор, что сегодня ужин пройдет там.

***

Запах еды дразнил нос, и желудок урчал, требуя наброситься на нежнейшее мясо горлана, но Бекки сжимала вилку, не умея заставить себя запихнуть внутрь хотя бы крошку.

- Это точно… она?

Вопрос звучал жалко. И предельно глупо. Конечно, она – Гиневьева фон Арнет. Змея, отравившая и падчерицу, и мужа. Вот почему отец стал таким нервным! А она согласной на все тряпкой, не сумевшей настоять, чтобы дрянь вышвырнули за порог.

- Помимо отравы Корень Ведьмы вызывает разнообразные реакции. У женщин чаще всего вялость и апатию, у мужчин – агрессию.

Так сказал де Грейстор.

Бекки отлепила взгляд от тарелки и вновь взглянула на сидевшего напротив мужчину. Безупречный, красивый, холодный… кусок черного гранита. Их отделяло друг от друга жалких четыре фута. А еще грязь под названием "первая брачная ночь", но если пять минут назад Бекки могла обвиняющее ткнуть в него пальцем, то теперь вынуждена была переваривать невозможную, но похожую на правду мысль – он не знал. Не понимал, что новобрачная закована в собственном отравленном теле.

Но хуже того - герцог признавал свою вину! Не рассыпался в витиеватых извинениях, не пихал в откуп драгоценности, а ограничился коротким:

- Я должен был проверить. И случившееся – моя вина тоже.

Вот так. От нее не бегали по всему замку и не делали вид, что так должно быть, а высказали глядя в глаза. И как будто должно стать легче, но не становилось! Хотелось встать и, бросив на стол несчастную вилку, бежать прочь, чтобы спастись от ненужных ей откровений за любимой работой.

- Леди…

Бекки вздрогнула, как от пощечины. Теперь она леди? Мило. Но де Грейстор мог бы не утруждаться.

- Да, герцог?

Хвала Создателю, голос дрожал лишь чуть, сойдет за обычное волнение.

- Думаю, нам следует обговорить дальнейший план действий.

План? Разве тут может быть какой-то план? Может, герцог действительно не намеревался причинить ей боль, но в искренность его переживаний Бекки не слишком верила. Впрочем, всегда можно проверить.

Девушка аккуратно отложила вилку на шелковую скатерть. Белоснежная – ни пятнышка, ни пылинки.

- Да, вы правы, герцог, - о, как трудно смотреть в эти черные ледяные омуты! В них нет ничего живого! Одна глухая тьма. - Как насчет развода?

На смуглом лице не дрогнул ни один мускул, но она почти слышала треск плотной ткани камзола на мужских плечах. Еще бы! Кому охота отдавать такое ценное приданное! На что она рассчитывала? Благие намеренья заканчиваются там, где речь заходит о деньгах.

- Так противно мое общество? – в глухом голосе звенели острые льдинки.

Бекки благоразумно промолчала. Незачем злить дракона. Не в том она положении. Мужчина сверлил ее пристальным взглядом, и все больше ей хотелось залезть под стол, а еще лучше – превратится в серую пыль. И платье цветом подходящее…

- Что ж, я подумаю над вашим пожеланием, - проскрежетал де Грейстор. – А вы подумайте пока вот над чем…

Между лопаток прокрался холодок. О, Создатель, какие еще испытания ей уготованы? Кончики пальцев чуть подрагивали, и магические огоньки на люстрах поплыли перед глазами светлыми пятнами, пропадая в сотканной из мрака фигуре де Грейстора.

- У меня есть возможность помочь вам забыть произошедшее.

Грохнуло каменной лавиной, и следом наступила тишина.