Глава 38

Бекки еще раз осмотрела бутылочки с краской. Что за дела? Еще вчера рыжей охры казалось едва ли не втрое больше, а теперь порошка на самом донышке. И масляной основы совсем на дне. Очень странно…

- Голубка моя, выпили бы чаю, - подала голос Хельга. – Сколько можно на ногах стоять?

Да, присесть не помешало бы. С самого утра какая-то слабость и тошнота. Наверное, это после вчерашнего посещения пекарни. Пирожные были такими вкусными, что Бекки съела двойную порцию. Никак не могла остановиться, а Вильгельм только посмеивался и заказывал еще.

Вечер прошел чудесно! Правда, они успели слегка поспорить насчет погодных машинок, создававших тепло – Вильгельм поделился с ней образцами схем и первичным выбором камней, - но быстро нашли согласие ближе к, хм-м, ночи. Которая лишила ее остатков сил. Утром едва удалось оторвать голову от подушки, даже Вильгельм успел уехать, позволив ей отдыхать дальше. Чуть утро не проспала! А ведь королевский заказ не ждет! Но, похоже, вместо завтрака придется ехать в магазин красок.

- У меня кое-что закончилось, надо купить, - пробормотала, игнорируя предложение Хельги. Есть не хотелось совсем.

- Вот и съездите, только перекусите маленько, - гнула свое нянюшка. – Где это видано – обед скоро, а вы еще не завтракали.

Что ж, пожалуй, надо… Но стоило вспомнить о пирожных из пекарни, как вместо обеденного стола Бекки рванула в уборную. Не добежала. Приступ прошел так же быстро, как начался.

- Голубушка! – вихрем ворвалась за ней Хельга. – Опять?!

Всполошенная Лора тоже маячила в дверях. А Бекки рассматривала фарфоровый стул-уступку и тщательно прислушивалась к своим ощущениям.

- Н-н-нет, - протянула, совсем не улавливая отвратительно-знакомой рези. – Нет, Хельга, не то. Я вчера сладкого много съела. До сих пор на зубах сахар скрипит.

Нянюшка тихонько вздохнула.

- С масляным кремом, небось? Всегда вас от него воротило, даже маленькую. Ну, хоть чай выпейте. Лорианна, душечка, принеси мятного.

Девушка исчезла, словно не было.

А через полчаса бодрая и даже слегка перекусившая Бекки, спускалась по лестнице к ожидавшей у входа карете. Чай подействовал изумительно! Вернулась легкость движений и аппетит. Ну точно - наелась лишнего, вот и мутит немного.

Хельга и Лора щебетали о том, что неплохо бы прикупить новых ниток, а еще заглянуть в магазин тканей. За окном неторопливо проплывали поместья зажиточных горожан, перемежаясь с парками и прекрасными магазинами. Столица Австарии – Веннаи – процветала и ширилась который десяток лет. Два мудрых и лояльных к своему народу короля подряд – это великое благо. Люди наконец-то могли позволить себе жить, а не выживать.

- Госпожа, тут новый парк открылся, - вдруг подала голос Лора. – Заедем, а? Говорят там страсть как красиво! И даже есть цветочный лабиринт.

Цветочный лабиринт? Интересно…

- Давай заедем!

Через пять минут карета уже сворачивала в сторону от намеченного маршрута.

И действительно – парк оказался на диво хорош. Даже не скажешь, что вокруг город – Ребекке мерещилось, что она гуляет по лесу или очень запущенному саду. Узенькие мощеные дорожки петляли между деревьями и нарочно небрежными клумбами, ветви и лозы переплетались над головой узорчатым кружевом, а в маленьких прудиках журчали фонтаны.

Иногда попадались зеленые беседки для отдыха. Людей почти не было - в это время дня мужчины и женщины занимались насущными хлопотами, а прогулки оставляли на вечер.

Почти все.

- Милая моя, вот это сюрприз!

Радостный голос прозвучал щебетом райских птиц. Бекки не могла не улыбнуться.

- Баронесса Олфорд!

Женщина отдыхала в беседке среди цветов, подушек и чайничков разной пузатости. Ее яркая и весьма экзотическая одежда как нельзя лучше вписывалась в окружающий интерьер. Сюда бы еще кальян и двух слуг с опахалами.

- Не составишь компанию? – широко обвела пустовавшие сидушки-лежанки. – Истинно, я скоро засну тут в одиночестве.

Бекки с радостью приняла приглашение.

- А мы пока прогуляемся, - улыбнулась Лора и, подцепив растерявшуюся Хельгу под локоток, скрылась из виду.

- Умная девочка, - проворковала баронесса. – Чаю? – это уже ей. – Бери вон тот, с драконом на крышке. М-м-м. Из самого Каитая. Дивный вкус.

Бекки послушно взялась за ручку глиняного заварника. Странно. Баронесса одна, а приготовлено на двоих. Может, она ждала гостей, но те не пришли? В фарфоровую чашку плеснул золотистого цвета напиток. Какой странный запах, будто слегка восточные специи… Точно! Так же пахло от Вильгельма, когда они…

Бекки залпом осушила кружку, чтобы хоть немного скрыть смущение. Нежно травяной привкус солнечным шариком прокатился по языку и упал на дно желудка. Вкусно!

- Пирожное? – щедрым жестом баронесс сдернула с одного из блюд хрустевшую белизной салфетку.

В глубокой чаше лежали корзиночки из медового теста, наполненные масляным кремом. И от одного вида желудок скрутился в тугой узел. Тошнота хлынула под горло, да такая, что перед глазами потемнело.

- Оп, - крышечка опустилась обратно. – Выпей чай.

Негнущимися пальцами Бекки схватилась за чашку, и первый же глоток привел в чувство.

- О, Создатель, - прошептала, утирая выступивший пот.

- Создатель тут нипричем, милая, - прищурилась баронесса. – Поздравляю, Праматерь одарила тебя беременностью.

- Бер… Что?!

Если бы не сидела, Бекки точно рухнула бы на пол. Быть не может! Или… или может? Неделю назад закончились женские дни… Но они были такими скудными!

- Беременностью, - терпеливо повторила баронесса. – От близости, знаешь ли, бывают дети, если не применять специальных средств.

- Каких средств? – совсем запуталась Бекки. – Я беременна?!

Ладонь легла на живот. Неужели там их с Вильгельмом… Стоп. Что значит – средств?

- Тех, которые де Грейстор подливает в каждый твой утренний чай, милая. Вильгельм не хочет детей.

И если секунду назад Бекки думала, что на небесах от счастья, то в один миг оказалась размазана по земле. А ее палач сидел напротив, растеряв все былое добродушие, и смотрела так… По спине пробежался озноб.

- Но я же… Я беременна! Не было никаких средств!

- Были. Просто они не всегда действуют. Тем более в руках мужчин. Зелья – удел женщин. И только они способны превратить травы в орудие для достижения целей. А если женщина - ведьма, то еще лучше.

Реальность окончательно превратилась в подобие иллюзии. Ведьм больше не существует! Их выжгли огнем и вырезали мечом! Женский Дар исчез, рождались только одаренные мальчики, но никогда девочки!

А баронесса потянулась к живой изгороди и отломила сухую веточку. Бекки и моргнуть не успела, как та шевельнулась в руках женщины и вдруг покрылась зелеными листьями и бутонами, из которых брызнули цветы.

- Вы... вы…

Нет! Ей мерещится! Это… это все чай! В чай что-то подсыпали! Ведьм не существует!

- О, какие глаза, милая. Существуем, но нас очень мало. Благодаря стараниям Железного Герцога и других.

Бекки затравленно оглянулась сторону выхода. Надо бежать. Так или иначе, но теперь она – одна из рода де Грейсторов, и носит дитя! Ведьма не может не хотеть ее смерти!

- Если сбежишь, пострадает ребенок, - пригвоздила ее к месту баронесса. – Твой муж обязательно избавится от него.

- Вильгельм не станет! – слова вырвались едва слышным писком.

А под сердцем дрожало сомнение в оправе из острых, как терновник, вопросов. Все было странно. И жутко!

- Станет, милая. Спасая тебя, он скорее пожертвует не рожденным ребенком, чем любимой женщиной. Послушай, Ребекка. Проклятье де Грейсторов – это не слухи. Его род действительно платит за грехи далекого предка тем, что в каждом третьем поколении женщина, родившая первенца, обращается в статую. Тебя никогда не интересовало, почему верхняя оранжерея закрыта, а твой муж еще ни разу не заговорил о детях? Вместо этого он пропадает в королевской библиотеке, но не для работы или чем герцог там отговорился. Де Грейстор решил найти способ снять проклятье. Но не сможет, конечно, и скоро это поймет…

По коже волнами бежал озноб. А глаза баронессы вместо серых стали вдруг изумрудно-зелеными и русые пряди обзавелись едва заметной рыжиной. Ведьма! Поверить невозможно!

- … поймет, и захочет уберечь тебя. Потому что эгоист. И дети для мужчин совсем не то, что для женщин. Отцы охотно избавляются или забывают о ненужных отпрысках, в то время как мать станет драться до конца.

- Вильгельм не такой!

О, Создатель, звучало-то как жалко! И ведьма рассмеялась, словно услышала милую глупость.

- Такой! Все они такие! Мерзавцы, утверждавшие свою власть силой. О, Ребекка, сколько они замучили безвинных! Сколько взяли силой, унизили, растоптали, смешали с грязью просто потому, что могли. И твой обожаемый муж женился на смертельно больной дурнушке не ради наследства, а для того, чтобы расчистить путь своей любовнице к брачным браслетам. Он собирался принести тебя в жертву, но вот незадача – сам попался в ловушку…

Каждое слово било наотмашь. Бекки хотелось бежать, но она не могла пошевелиться. И не могла возразить. Молчала, раздавленная ужасными откровениями.

- … Влюбился, да. Но его любовь – камень на шею. Знаешь, почему? Ему нужна ты , а не ребенок. Он говорил, что любит тебя? О, наверняка нет! Только укладывал в койку снова и снова - слишком привык думать о собственном удовлетворении! Поэтому я здесь. И предлагаю выбор, который тебе не дали.

- Выбор? – сказала или, может, только подумала, но баронесса кивнула.

- Да. Я не хочу заставлять тебя силой. Выпей вот этот отвар, – коснулась стоявшего у самого края заварника. – Через день опять пойдут женские дни, а плод будет исторгнут. Зато ты спасешься. И делай с герцогом, что хочешь.

Ужас пробрал до самых костей. Убить ребенка?! Ни за что! Ведьма удовлетворенно кивнула.

- Да, я не сомневалась. Но подумай хорошенько – проклятье не снять. Родишь, и ровно через вздох обратишься камнем. Я не могу помочь, только лишь предоставить убежище.

И пусть внутри все колотилось и переворачивалось, но способность мыслить Бекки не растеряла.

- А почему же раньше не предоставили? Почему позволили случиться… этому? Притворялись и лгали!

Но баронесса покачала головой.

- Ах, милая, перед кем мне притворятся? Или думаешь, я жажду мести? Увы, нет. Противник герцогу из меня никакой. Я лишь хочу, чтобы ведьмы выжили, и на тебя натолкнулась случайно. На балу увидела новую жену де Грейстора и решила полюбопытничать. Уж слишком необычная внешность. Белые волосы, редкий цвет глаз. Обычно это указывает на благословение Проматери. Вышла промашка - в тебе нет Дара. Зато оказалась отрава. Пока я выясняла что к чему, герцог и сам разобрался, а потом… Потом я думала, что он оставит тебя. Начнет искать новую жертву, и, признаться не могу отметить того, что выбирает де Грейстор заранее обреченных. Но вместо этого мужчина вдруг увлекся. Ха! И напортачил, конечно! Я писала тебе. И пыталась подгадать встречу. Но пойми, это не так просто, когда рядом кружит увлеченный мужчина. Моя шкура дороже, уж прости.

Бекки заторможено кивнула. Это она могла понять. Но кое-что не вязалось.

- Во мне нет Дара… Тогда зачем все это? Только не говорите, что ради благих намерений!

- Ради жизни, милая. И ты родишь девочку. Я вижу ее… Проматерь шепчет, что это будет благом.

Ребекка как могла пыталась собраться с мыслями. Ее загнали в угол! Она не могла верить ведьме, но… Животный страх за ребенка сеял в душе сомнения. А что если баронесса права? Мужчины поступают так жестоко… И Вильгельм хотел использовать ее! Выбрал, чтобы принести в жертву проклятью!

Сердце выстукивало заполошный ритм. Нельзя здесь оставаться! Бежать! Срочно!

- Я…

- Ты не спрячешься от него, даже не пытайся. Куда бы ни уехала, де Грейстор все равно найдет. Послушай. Можешь мне не верить - твое право. Иди, попытайся спросить о детях у своего мужа... Или о верхней оранжерее. Увидишь, как он начнет юлить. Но если дашь понять, что беременна – я ничем не смогу помочь. Решишься – ищи меня завтра за городом у южного озера.

И ведьма потеряла к ней интерес. А Бекки не сразу сумела подняться на ноги. В одно мгновение мир перевернулся, и теперь казалось, что она болтается в пустоте.

Да, надо поговорить с Вильгельмом… Руки легли на живот. Только очень, очень аккуратно.

***

Вильгельм подъезжал к дому уже в сумерках. Задержался в библиотеке, потом еще и посол Полташ пристал. Все эти дни пэр сиял не хуже солнца – ведь именно его подопечную выбрал король.

Впрочем, это никаким образом не касалось цен на погодные машинки. Дружба дружбой, а помолвка – еще не женитьба.

И как никогда Вильгельм ждал окончания короткой встречи. Дома его ждала компания куда приятнее и нужнее.

- Госпожа прилегла, - сообщила Лориана, принимая у него плащ. – Сегодня выходила в город за красками. В парк заехала... А солнце такое, просто ужас, кажется, герцогиня немного устала.

- Устала? – нахмурился Вильгельм, но Лориана лишь пожала плечами.

- Так немудрено ведь, еще недавно тонкой былиночкой ходила, и рисует вот с утра до вечера…Это же надо на ногах столько стоять! – простодушно щебетала, разглядывая плащ. – Ну, опять запылился! Разве так можно?

И девушка убежала вместе с накидкой.

А он поднялся к фее. Черт… конечно, она не высыпается! Надо дать девочке отдых, совсем замучил.

Ребекка нашлась в постели. Кажется, действительно дремала, и Вильгельм поспешил присоединиться к ней. Еще не коснулся и даже не нырнул под одеяло, а внутри разгоралась жажда обладания.

Близость с полусонной Ребеккой всегда была особенно нежной, чувственной. Девочка так сладко реагировала. Сама тянулась за лаской, совершенно избавленная от шелухи привычных норм.

Тонкий запах цветущей яблони будоражил его сильнее, чем самый мощный афродозиак. А в ушах билось тихое «Вильгельм», когда во время ласк она шептала его имя. Никаких набивших оскомину сокращений. И это было больше чем приятно.

Вильгельм осторожно привлек к себе любимую, с наслаждением оглаживая плавные изгибы талии и бедра.

- Уже в ночной сорочке, леди? – шепнул, прикусывая розовеющую мочку. – Не рано ли?

Ребекка вздохнула и, помедлив, развернулась к нему.

- Я была в парке… - пробормотала ему в шею.

- Да, Лориана говорила. Ты устала, наверное, - Вильгельм поцеловал светлую макушку. - Не заболела бы… Погода все же недостаточно хороша. Побудь в особняке. Зачем эти прогулки?

- Там… там красиво. Как в оранжерее. В замке.

Вдоль позвоночника прокрался легкий холодок, отгоняя нараставшее возбуждение. Чертова оранжерея. Надо будет убрать оттуда статуи, чтобы не возникло лишних вопросов.

- … А почему верхний уровень закрыт?

Проклятье! Вильгельм через силу заставил себя расслабиться. Неудачный поворот разговора! А может, объясниться сейчас, пока еще не поздно, и вместе решить проблему? Демон! Нет, он… он даже не знает, с чего начать!

- Потому что он мне не нравится, моя леди.

И это было чистейшей правдой.

- Может, он понравится мне?

О, это вряд ли. Если только фея не захочет рисовать застывший каменный ужас и удивление на лицах статуй.

- Может быть. Потом. А сейчас – отдохни.

И Вильгельм крепче прижал жену к себе. Надо ускорить поиски. И решить, что делать, но самое главное – как начать разговор.