Глава 19

Адель

Домой я прилетел поздно ночью. Равиля предупредил и сорвался с гала-вечера. Он закончит за меня обсуждение возможного партнерства с китайцами. Каролина пыталась поговорить и выяснить отношения целый вечер, но это обсудим уже в Москве, без лишних эмоций. Ей нужно уложить в голове, что между нами все изменилось.

Дома было темно, оно и понятно — час ночи. Я старался не шуметь, но свет в коридоре включился автоматически, освещая гостиную и лестницу наверх. В глаза бросились тяжелые шторы винного цвета: одна висела, вторая только наполовину. Странно, они же сюда абсолютно не подходили.

Гостиная у нас с окном во всю стену, а украшали легкие занавески, к ночи опускали жалюзи, но редко. Ну кто к нам во двор заглядывать будет?!

Я поднялся к себе, быстро обмылся и отправился в спальню жены. Меня, конечно, не звали и даже не ждали, и я даже допускал, что секс мне не обломится очень долго, но больше мы не будем спать раздельно. Мы муж и жена: засыпать и просыпаться будем вместе, а там и в остальном наладится. Пора начать жить нормально, как женатые люди: с малого дойдем и до великого. Может, действительно, дочку родим. Было бы неплохо разнообразить наше мужское братство.

— О! — тихо протянул. Карим здесь. Вот, значит, как спят, когда меня нет. Хотел привычно нахмуриться, ведь это не по-мужски — с мамкой спать, я так никогда не делал! Меня родители воспитывали в строгости.

Нет, у нас с братьями все было, никаких деревянных игрушек, прибитых к полу, но с нами не церемонились и в попу не целовали: и ремень, и затрещины, и оплеухи были. Отец держал в кулаке, пока мог, а мама только Давида перед ним защищала. Сколько раз за его шкоду мне прилетало? Почти всегда! Нет, старший всегда брал ответственность и вину на себя, но мама убеждала отца, что это не он, а я или его друзья подбили на проказу. Кто угодно, но только не любимый первенец! Сколько бы Дава ни пытался доказать обратное, отец наказывал меня, а его так, символически.

На брата зла не держал. Это все быльем поросло, да и его вины не было в том, что мама его выбрала любимчиком и слепо обожала, несмотря ни на что. Меня это закалило, хороший плюс в копилочку. Я бы не хотел быть задушен и залюблен мамской любовью. И Кариму это не нужно. Давиду точно не было нужно. Он не раз говорил об этом.

Но сегодня мне не хотелось хмуриться. Майя обнимала нашего сына, почти по нос укрыв одеялом. В этом был какой-то отчаянный жест материнской защиты, словно страшилась потерять Карима. Такие нежные и красивые сейчас, и они точно одно целое.

Я лег с другой стороны, обнял жену. Теплая, спящая, пахнет ванилью и терпким медом. Нежная женщина со сладкой горчинкой на языке. Я заснул сразу, мне было так спокойно рядом с ними. Наверное, я никогда так хорошо себя не чувствовал. Дома. Я был дома. Все время искал чего-то на стороне, а тепло и надежно именно здесь. Сюда нужно было вкладывать и отдавать, и не деньгами, а морально. Но…

Утром Майя делала вид, будто мы не спали в одной постели и что в принципе ничего не произошло. Собиралась на работу, готовила завтрак, Зара привычно гнала Карима умываться и одеваться.

— А что у нас в гостиной произошло? — поинтересовался, наслаждаясь свежим кофе.

— Твоя мама приезжала, — ответила ровно. — Ей показалось, что твоей гостиной необходимы бордовые бархатные портьеры.

— Моей гостиной? — уточнил я. Не нравилось мне это разделение на ее и мое.

— А чьей? — удивилась Майя. — Ты же хозяин в доме, — и улыбнулась. Умеет чесать за ушком меня, это да.

Телефон неожиданно завибрировал. Мама. Я ответил на звонок. Разговор был недолгий и состоял исключительно из претензий к моей жене.

— Я понял, мама. Разберусь, — отключился и посмотрел на Майю. — Между вами что-то произошло помимо уродских штор?

Майя выглянула из столовой, где накрыла нам завтрак, и заговорила: очень спокойно и сдержано:

— Я уважаю твою маму, Адель, и понимаю, что наш брак изначально был еще и жутким мезальянсом, — намекнула на разность в финансовом положении. — Но я не позволю оскорблять и унижать Зару. Она не прислуга и помогает мне вести дом, потому что я ее родная племянница. Она хочет мне помочь, а не обслуга, которой можно помыкать, понимаешь? — закончила Майя на эмоциональной ноте. Мне понравилось. Она постоянно пряталась от меня за улыбками и пустотой в глазах. Я давно не видел ее душу. В Питере увидел, но упустил. Дурак.

— Я никогда не считал Зару служанкой. Она член семьи. Не меньше.

Майя благодарно улыбнулась.

— С матерью поговорю. Ее несет после истории с Амиром. Не обращай внимания. Она… — я пытался подобрать название той ереси, которую мама распространяла про Лейсан и Даяна. — Маме сложно признать, что сыновья мудаки, — как-то так.

— Пойду, потороплю Карима, — Майя поднялась, не притронувшись к завтраку. Я поймал ее ладонь, удерживая. — Солнце, я хочу, чтобы ты переехала в мою спальню.

— В каком смысле? — сразу насторожилась.

— Я не хочу, чтобы мы спали отдельно. Это неправильно и ненормально.

— Мы так пять лет жили, — пыталась выскользнуть. — К чему все это? Осталось чуть-чуть.

— Ну, сколько осталось, это решим еще, а в остальном… Я обещаю, что пока наши отношения встают на новые рельсы, лезть с интимом не буду.

— На какие рельсы, Адель? — делала вид, что совсем не понимает.

— Обычные, солнце. Отношения супругов. Мы ведь женаты. Мне не нравится засыпать в одиночку. С тобой хочу.

Майя только хлопала глазами, и я чувствовал, что она думала. Усиленно. Вопрос, о чем… Вот этого я пока не знал, но разберусь.

В офисе ждал на разговор Каролину. Он будет непростым и серьезным. Она очень долго была для меня близким человеком, я много дал ей, но и отнял немало. Самое ценное — время, а я его забрал. Когда-то был уверен, что это то, что мне необходимо. Сейчас точно знал, что мне нужно совсем другое. Я виноват перед Каро и постараюсь не обидеть ее. Естественно, если и она будет вести себя правильно. Продолжит провокации и манипуляции, и я перестану быть добрым.

— Ты хотел меня видеть? — привычно по-хозяйски вошла ко мне в кабинет. Из-за этого в том числе мы не могли больше работать вместе. У нас личное тесно переплелось с общественным: если я хотел остаться с женой, то любовница должна исчезнуть из поля зрения. Для всех.

— Хотел, — кивнул на кресло. Каролина выглядела собранной, деловой и обиженно высокомерной. — Нам нужно объясниться, Каро.

— Давай, объясняйся, — помогать мне не собиралась.

— Нам было хорошо вместе, — начал с банального. — я очень ценю тебя, Каролина, но…

— «Но»! — громко фыркнула.

Имела право злиться и огрызаться. Пока.

— Каро, я не женюсь на тебе.

— Почему же? — остро взглянула из-за светлой челки.

— У меня есть жена, сын, дом и семья. Я не хочу ничего менять. Меня все устраивает, Каро. Мне хорошо с ними.

— То есть, мне уготовлена участь вечной любовницы? — горько поинтересовалась.

Я долго смотрел на нее. Настолько, что она сама все поняла.

— Ты бросаешь меня? Бросаешь окончательно? — воскликнула, вскочив в кресле.

— Каролина, рано или поздно это произошло бы. Между нами ушло то, что делало нас парой. Мы привычка друг для друга. Я это понял и принял. Ты тоже должна это сделать.

— А как же твое слово, Адель? Я ждала тебя пять лет, любила, была рядом, отдавала себя. Как с этим быть? Я должна разлюбить тебя? Щелкнуть пальцами и забыть?

Честно, я не мог сказать, что меня мучил жгучий стыд. Да, я виноват, что предложил Каролине ждать меня пять лет. Что обещал ей замужество. Что говорил о любви. Любви, о которой, похоже, я понятия не имел, да и сейчас не имею.

Я виноват, да. Но за ожидание с лихвой наградил ее финансово. Роскошные апартаменты в сердце Москвы — на них или копить лет двадцать, либо сосать с молодости, либо ждать такого мудака, как я. Причем, не уверен, что такие щедрые мерзавцы еще остались. Нет, я не утверждал, что все женщины готовы обменять чувства на деньги, но лучше хоть что-то в такой ситуации.

— Это ты виноват! — продолжала Каролина, расхаживая по кабинету. — Не удержал член в штанах тогда. Затем опять на молодое тело повелся. Ну захотел разнообразия: пойди, трахни шлюшку, спусти пар и забудь!

— В этом наша проблема, Каро, — поднялся и подошел к ней. Остановил ее метания и сжал плечи. — Это не нормально, что ты допускаешь мысль о моем трахе со шлюхой или другой женщиной.

— А разве ты не этого хотел? Мужчина, которому иногда требуется разнообразие, м? Разве нет?

— Хотел. Когда-то хотел. Сейчас хочу другого.

— Чего же? — спросила шепотом.

— Стать нормальным мужем и отцом. Я хочу попробовать.

Она рассмеялась и царапнула подбородок острым ногтем.

— Это не для тебя, Адель. Ты слишком привык к полигамии. Хорошо, поиграй со своей женушкой в примерного семьянина, а когда заскучаешь, возвращайся. Я приму тебя, Адель. Никто бы не принял, а я приму.

Она, расправив плечи, направилась к выходу, но мы не договорили.

— Каролина, есть еще кое-что.

Она остановилась, замерла, обернулась не сразу.

— Я подготовил для тебя коммерческое предложение, — взял со стола контракт. Я договорился с одним из партнеров, чтобы принял ее на приличную должность. Если проявит себя хорошо, то будет зарабатывать столько же. Плюс отступные по соглашению сторон. Большие, очень большие.

— Уволить хочешь? — хрипло произнесла, пробегаясь глазами по договору. — Ни за что! Просто так не уйду! Попробуй найти повод! — швырнула контракт на стол.

Я тяжело вздохнул, когда она ушла. Что же, надеялся устроить все быстро. Но придется помучиться. Что же, заслужил.

Коммерческого директора просто так не уволишь, без скандала, да и я не хотел идти на крайние меры. Все-таки мы были близкими людьми очень долго. Я не хотел обидеть ее еще больше. Я не мог дать ей великого чувства, но хотя бы стабильное финансовое будущее.

— Равиль, — начал, когда с компаньоном обедали вместе, — нужно Каролину убирать. Работать нормально мы не сможем, а ждать женскую мстю в бизнесе… — развел руками.

— Думаешь, будет гадить?

— Конечно, — и я даже не злился. Я просто знал Каро. Она обид не прощала. Если представится возможность, то продаст меня с потрохами. Обиженная баба хуже керосина. — Мы же с тобой понимаем все.

— Пожестче или помягче?

— Мягко, но чтобы понятно было: шутки кончились. Постепенно, с хорошей компенсацией. Сначала нужно отсечь ее от входящих потоков, закрыть секретную информацию, важные проекты забрать. Но медленно. В течение пары месяцев нужно закрыть вопрос.

Следующие две недели мы ходили с женой по краю: она пыталась держать нейтралитет и медленно отдаляться, а я ломал свои прошлые установки и догонял ее.

Первым шагом был полный переезд в мою спальню. Каждую ночь мы ложились в одну постель. Но секса у нас по-прежнему не было. Я терпел. Давал время свыкнуться, что наши отношения теперь будут полноценными.

Еще в Питере сказал, что теперь будем только я и она, никаких третьих. Майя до сих пор пребывала в уверенности, что мы разведемся. Прямо не говорила, но настойчиво и твердо обозначала, что наш брак временный и уже подходит к концу. Даже ключи от дома деда искать начала. А я ведь так и не отдал их. Подарок свой не вручил. И не отдам до поры до времени. Чтобы не убежала, не дай бог. Увы, я столько косячил, что удержать мог только сыном. Пока так. Дальше посмотрим.

Надеюсь, Майя оценит чудеса моего терпения: она ложилась ко мне в постель в тонких сорочках, кружевах и аромате кремов точно с какими-то магическими или эротическими маслами. Проверяла мою выдержку. Обещал ведь не трогать, пока сама не попросит, пока не поверит, пока не полюбит. Я бы хотел, чтобы жена любила меня, не только подчинялась и ублажала, но и искренне нуждалась. Чтобы я был нужен ей. Майя обожала Карима, любила Зару, а меня всегда только чтила и относилась с уважением. Выполняла просьбы и приказы, отдавалась, когда я этого желал, не доставала, если был занят или злился.

Я только сейчас жену узнавать начал, когда характер проявился, эмоции к поверхности устремились, чувства стали биться в глазах. Когда-то давно это тоже появилось, но мне тогда было не нужно. Я пресек и потушил блеск ее глаз. Больше Майя никогда не смотрела на меня по-особенному.

— Майя, в пятницу у меня мероприятие. После бизнес-форума в Атмосфере будет банкет. Ты мне нужна.

Да, я пойду с женой. Когда-то рядом со мной была Каролина: мы закрывали бизнес-задачи и пользовались моментом побыть вместе. Ей хотелось блистать рядом в качестве моей спутницы. Ведь на мероприятиях с моими родными или важными членами диаспоры она появиться не могла. Теперь все, то время прошло. Я женат, и моя жена обязана быть со мной.

— Я? — удивилась Майя.

— А кто еще? — посмотрел на нее строго и остро.

— Но я думала… — замялась и беспомощно развела руками. — Меня Ярослав Игоревич попросил сопровождать его. Ты никогда меня не приглашал на такие мероприятия, и я решила… — подняла на меня глаза, такие искренние и чистые, что задохнуться можно. — Адель, тебе ведь есть, с кем пойти, а для меня это работа.

Я прикрыл глаза и мысленно сосчитал до десяти овец. Не могу понять, Майя реально так думала, или она меня тонко троллит? Она оказалась очень сложной и загадочной. Внутри механизм, который не понятно как разбирать и уж тем более собирать.

— Ты идешь со мной, — твердо заявил. — Или мы оба никуда не идем, моя дорогая драгоценная жена. Карим будет у моей мамы. Зару я отпущу. Нам будет чем заняться вдвоем, солнце, — посмотрел на ее губы.

Все, это мероприятие — последний рубеж. После — конец нашему целибату. Мы начинаем жизнь заново, а там и до декрета недалеко. Что нас может сблизить еще больше? Ребенок. Майя вполне созрела для второго, а я в этот раз буду настоящим мужем и отцом. Я смогу. Точно смогу!

— Хорошо, я подчиняюсь тебе, муж, — ответила спокойно. На губах полуулыбка, открытая поза, демонстрирующая покорность, только в глазах ничего. В такие моменты казалось, что я где-то сильно просчитался, только где…