Пролог. Свадьба Майя

Сегодня день моей свадьбы. Гости, праздник, веселье. Рядом красавец-муж, звучат тосты в нашу честь, в зеркальных панелях зала отражалась молодая прекрасная девушка в изящном белом платье с роскошной кружевной фатой. Она была очень красивой, только в ней я не узнавала себя. Я была лишней на этом празднике, но без меня его не было бы. Вот такой оксюморон.

Адель сидел рядом, улыбался гостям и родне, когда нужно — брал меня за руку и даже целовал. Но это было так неестественно и фальшиво, что мне становилось физически дурно. Я чувствовала себя ребенком рядом с ним, и муж не давал ни на миг забыть об этом.

Стоило ли ожидать другого после нашего разговора перед свадьбой? Наверное, нет.

— Ну здравствуй, Майя, — услышала практически над ухом.

Вокруг моей беременности разразилась настоящая буря. Мне было страшно. Я ждала решения главы диаспоры как приговора. Я боялась, что в принципе позволила этому выйти за порог нашего дома, и что назвала имя Аделя Черкесова.

Решение Адама Данияровича Загитова огласил дедушка, а следом позвонил сам будущий муж и попросил о встрече.

— Здравствуйте… — прошептала, поднимая глаза на высоченного взрослого мужчину, который должен стать моим мужем.

Мы встретились в маленькой кофейне недалеко от моего дома. Я боялась ехать. Я ведь совсем не знала Аделя, хорошо хоть Зара осторожно навела справки и дала пищу для размышлений.

Черкесовы — влиятельная и статусная семья в нашей диаспоре. Приближенные к самой верхушке. О них ходили разные слухи: и о связях с силовыми структурами, и даже о криминале. У меня голова шла кругом. Это все для меня слишком. Я боюсь таких людей. Я ведь обычная студентка, не подготовленная для роли жены богатого мужа.

— Майя, у меня к тебе всего два вопроса. Первый: это действительно мой ребенок?

Я изумленно округлила глаза. А чей еще?! У меня ведь не было других мужчин. Вообще…

— Да, — сглотнула испуганно.

Адель смотрел остро и пронзительно, ничего не говорил, только взглядом придавливал, обещая жесткую расплату за обман.

— Хорошо, — медленно кивнул. — Ты же понимаешь, что я в любом случае сделаю тест днк?

— Понимаю, — чувствовала себя рядом с этим волком загнанной овцой.

— Второй вопрос: это ведь случайность, да? Не могла ведь такая юная и хорошенькая девочка все это подстроить, правда? Ты ведь не способна на подлость, солнце?

Адель говорил очень спокойно, даже ласково, но в каждом слове — несгибаемая сталь. Почему-то это стало отрезвляющей пощечиной для меня. Я всего этого не хотела! Не знала, что так получится! Черт возьми, именно я была пьяна, а он — взрослый мужчина и должен был… Не знаю что, но должен!

— Вы думаете, мне это нужно?! — зашипела я. — Прямо мечта бросить учебу и родить в двадцать лет от незнакомца! У меня были другие планы на жизнь, если хотите знать!

— Ну-ну, солнце, потише, — хмыкнул задумчиво. — Значит, другие планы у тебя были… Хм, это хорошо.

Все, большего Адель не сказал. На следующий день пришли сваты от Черкесовых. Я чуть дара речи не лишилась. Думала, сначала он как-то захочет убедиться, что я беременна точно от него. Подождать до родов там, но нет, все закрутилось с невероятной быстротой.

Подготовка к свадьбе велась ускоренно, пока можно было скрыть истинную причину. Аделю Черкесову не нужны скандалы и слухи.

В свадебном платье я выглядела чудесно, чистой и непорочной юной девой. Никто и подумать не мог, что я на третьем месяце беременности.

— Горько! Аче! — кричали гости и на русском, и на татарском. Щеки заалели, когда Адель взял мои холодные пальцы обжигающими ладонями и помог встать. Я подняла голову и встретилась с его глазами, не черными, это горький шоколад. Очень горький.

— Не бойся, солнце, — услышала, прежде чем он подарил мне короткий целомудренный поцелуй. Вроде как берег мою невинность…

Гостей со стороны Черкесова было значительно больше, но главное, что дедушка доволен. Я так боялась за его сердце, не мальчик давно.

Меня неожиданно неплохо приняла мать Аделя — Эльвира Сабировна. Если честно, боялась, что все поймут, что брак вынужденный и навязанный. Ну а кого будет ругать мать? Не сына ведь!

— Поехали, — шепнула Зара, когда праздник клонился к окончанию. Она и еще несколько женщин из семьи помогли мне раздеться, подготовили роскошный номер для новобрачных к приходу моего мужа, тончайшую сорочку из кружева и шелка разложили на мягкой постели.

Я вышла из душа и надела ее. Расчесала длинные густые волосы, нанесла капельку духов с нежной ванилью и турецкой розой на запястье и между грудей. Немного блеска на пухлые губы…

Нет, мне бы сейчас валерьянки. Сердце билось прямо в горле, руки тряслись, пальцы нервно теребили гладкий шелк, оставляя некрасивые заломы. Я до сих пор ощущала себя девственницей. Я не представляла, как пройдет эта ночь.

— Майя… — я подпрыгнула в кресле и поднялась. Приход Аделя стал неожиданностью, несмотря на все приготовления. — Присядь, — кивнул на кресло. Я послушно опустилась в него. Муж устроился напротив.

Муж… Так необычно, не могу привыкнуть. Я теперь мужняя жена.

— Майя, нам нужно обговорить условия нашего брака, — спокойно начал Адель.

— Условия? — я не понимала.

— Да, именно. Я буду честен с тобой. Эта свадьба состоялась исключительно потому, что ты татарка и ты беременна.

Я молчала. Что здесь скажешь. Этот брак точно не по любви.

— Наш брак будет фиктивным и продлится пять лет.

Я резко вскинула голову. В смысле? Что это значит? Как это вообще?

— Фиктивным? Я не очень понимаю…

— Сегодня мы подписали документы, помнишь?

Я кивнула. Да, было такое. Брачный договор, но я даже не читала. У меня нет личного имущества, чтобы что-то оберегать. А Адель преподнес шикарный выкуп моим родным за меня. Я и не ожидала подобной щедрости.

— В них помимо стандартных условий есть еще несколько. Для нас обоих этот брак — вынужденная мера. Через пять лет ты станешь свободной и обеспеченной женщиной. Я оплачу тебе махр: ты ни в чем не будешь нуждаться.

— Но почему?

— Потому что есть женщина, которую я люблю. Я не могу бросить своего ребенка. Не могу отправить тебя на аборт, понимаешь? Но и любить тебя не могу.

Я прикусила губу. Рот наполнился кровавым привкусом металла. Нет, я тоже не была влюблена в Аделя, ведь и не знала его по сути, но могла полюбить. Точно могла. Есть мужчины, от которых один теплый взгляд, и ты уже его. Навсегда.

— Есть еще одно условие, — голос Аделя стал глуше и жестче. — Наш ребенок. Если ты родишь девочку, то она останется с тобой, а если мальчика, то я заберу его. Пацану нужно мужское воспитание.

— Что?! Что ты хочешь?!

Я не верила своим ушам. Адель хочет, чтобы я отдала ему сына? Серьезно?!

— Это как? Это же… Это же бред! — выдохнула возмущенно.

— Нет, солнце, — Адель покачал головой очень уверенно. — Это мое решение, и ты подписала документы.

— Но суд… — он приложил палец к моим губам, обрывая на полуслове.

— Нельзя так говорить с мужем, Майя. Ты в этом вопросе ничего не решаешь. Ты мать. Я отец. Так всегда будет, и неважно, какого пола родится ребенок. Но сын будет жить со мной и моей новой женой, — Адель поднялся. — Отдыхай. Завтра ты летишь в хороший санаторий. Тебе беречься нужно.

Он ушел, а я осталась сидеть: замороженная, заторможенная, разбитая.

Любимая женщина

Новая жена

Отберу сына

Я не могла уложить это все в голове. Да, мы с Аделем не успели полюбить друг друга, да что там! Даже узнать! Но я думала, раз женится, значит, его сердце свободно. А как иначе?! Какая женщина будет ждать пять лет, пока мужчина принадлежит другой?! Но, очевидно, есть женщина, которая собиралась забрать моего мужа.

Видимо, это она жена, а я так, пародия. Солнце, которое его совсем не грело. Мое сердце свободно и могло полюбить мужа, но не теперь. Пусть не любит, пусть мы разведемся, но отдать сына… Никогда!

Я приложила руки к плоскому животу. Да, я не планировала становиться матерью так рано, но я женщина! Я не смогу так! Против природы отбирать детей у матери!

— Мальчик… — проговорила вслух. Девочка моему мужу нужна не так сильно. Неужели нужно молить Аллаха, чтобы послал мне дочь? Я даже сейчас разлуки не могла выдержать, а через пять лет это с мясом и кровью отдирать. Нет. Нет!

Утром Адель действительно посадил меня на самолет в сопровождении личного помощника. Мы летели в хороший спа-санаторий в Черногории. Все кругом были уверены, что отдыхали вместе — медовый месяц. Да, мой муж тоже отдыхал, только не со мной.

Адель Каримович Черкесов проводил этот месяц со своей любовницей. Любимой женщиной. Той, которая займет мое место через пять лет…