Глава 39

Адель

Я ничего не понимал! От меня пряталась жена. Бывшая жена, да, но я никак не мог привыкнуть. В любом случае факт оставался фактом: Майя меня избегала. Я уже две недели не видел ее. Когда звонил, она писала, что занята и лучше отправить сообщение.

Отвечала, если спрашивал про сына, но если хоть намек на нас с ней, уходила в глухое молчание. Когда за Каримом приезжал утром или привозил вечером — вообще не спускалась. Я безумно по ней соскучился! Просто увидеть, запах духов ощутить, волос ненароком коснуться.

— Зара, с Майей точно все в порядке? Почему она прячется?

Я же ничего плохого не делал: не давил, не заставлял, не преследовал. Я только намекал, на всю Москву, но молча. Это билборды говорили, не я. Но фразы моего сочинения: простенько, но верно. Слово никогда не было моей сильной стороной: только голова и руки.

— Она уехала на работу, — просто ответила Зара.

— В семь тридцать утра?!

Она только пожала плечами и пригласила на завтрак. Если честно, мне кусок в горло не лез. Я реально начал волноваться. А если Майя приболела, а мне не говорят? Или, может, оставалась на ночь у Разина. От этого только скрипел зубами, а сделать ничего не мог.

Моя жена… Бывшая, да, помню, бля. Моя жена могла запросто выбрать его. Возможно, уже выбрала, а я так, под ногами мешался. Но не отступлю, пока не узнаю, что он замуж ее позвал. Тогда это будет чужая жена, а чужая — это табу. Пока они не дошли до загса, шанс есть.

Меня буквально физически мутило и накрывало, когда думал, чем они занимались, когда вдвоем. Знал ведь, сам учил ее быть в постели огонь-пожар. Единственное, анал категорически не практиковал с ней. Майя слишком хрупкая, у меня слишком большой, а удовольствие по факту на пару раз.

Меня прибивало и выламывало от осознания, что она другому демонстрировала свои умения и что, вполне вероятно, ее могли научить чему-то новому. Но той ночью, когда Майя сняла кольцо, а я обнимал ее, прижимаясь и не желая терять, понял: мне с ней лучше, чем без нее. Многое стало неважно, главное, чтобы рядом была. Вот это наверное и есть любовь…

— Карим, а как там мама? Не приболела? — решил выведать у сына. А у кого еще?! Зара партизан. Майя туман.

— Холосо, р-рррр, — начал рычать. Очень хорошо получалось, но свою грозную «р» ему пока сложно интегрировать в слова. — Она дома, но почему-то Зала готовит завтлак. Но мама читает мне сказки на ночь!

Он вообще Майю чуть что защищал. Мама — это святое, самый важный человек. Карим молодец, а я со своей так общий язык и не нашел. Наш развод она восприняла плохо, а мне, если честно, все равно. Главное, что Майя дома ночевала, вот это реально важно.

Но проблема-то оставалась: мне нужно как-то войти с ней в контакт. Я не хотел, чтобы она меня забывала и отвыкала. Если я ее приглашу куда-нибудь, то не пойдет точно. Может, подруг попросить?

Лейсан точно нет: скандал и до нее дошел сто процентов, втягивать ее в наши отношения, после поступка Амира, не стоило. Не так много времени прошло, ей нужно привыкнуть в новой жизни и отвыкнуть от моего брата. Хотя он, кажется, полностью забыл и забил на семью во всех отношениях. Даже не звонил нам, братьям.

В итоге в пятницу вечером я взял сына и поехал в гости к Равилю. Правда, он предупредил, что я не особо желанный гость: Сати объявила меня персоной нон-грата. Думаю, что помимо обиды за подругу, она не хотела, чтобы я подавал плохой пример ее мужу. Роман в офисе — что может быть банальнее и очевидней? Равиль мужик с ресурсами, не урод, в самом возрасте — конечно, молодняк на работе хотел зацепиться и урвать плюшек.

Но Равиль кремень, с прививкой верности. Да я и сам ни одной девушки пальцем не тронул в офисе, даже до Каролины. Я любил свою работу, горел, создавая новое, вкладывал кусочек себя в технологический прогресс. Мне было некогда, а для разрядки найти кого-то извне не проблема. Когда появилась Каролина, я чутка расслабился и позволил себе роман. Честно признаюсь, это было чем-то новым: эмоции, страсть, игра в поддавки: до нее меня не тягали туда-сюда. Мне было тридцать лет, и с сексом проблем не было, но в отношениях я оказался полным новичком. Я принял яркие новые эмоции за глубокие чувства, жениться собрался. Получается, Аллах отвел.

Ведь с опытом, находясь в длительных отношениях, причем в параллельных, эмоции начали утихать, а краски блекнуть. Я начал уставать от Каролины: от взрывного характера плавно перетекавшего в психи, от требований и ревности. Да, она ревновала меня к жене. Но я привык к этой жизни. Из отношений, как оказалось, тяжело выйти, даже если тяготишься.

У меня был дом, жена, сын, и с Майей секс был не менее страстным — я хотел ее! А еще был тот самый пресловутый очаг, который воспринимался какой-то глупостью и пережитком прошлого до тридцати, ведь бабки есть: все можно купить, доставить, заказать! А с возрастом хотелось приехать домой, вкусно поужинать, вытянуть ноги на диване, а не бегать по ресторанам. Даже если я снимал носки не в положенном месте, то знал, что их уберут и не будут выносить мозг. Что маленькие нежные руки жены разомнут шею и плечи, что буду целовать сладкие губы, нежась в постели, в своей кровати! От Майи сладко пахло, и тело у нее божественное. С ней я реально отдыхал и был дома. И, блин, мне было стыдно, что мне так хорошо! Я же обещал другой жениться!

Я отталкивал жену, возвращался из ее спальни к себе, потом Майя тоже закрылась и все поняла: она уходила сама, даже когда не хотелось ее отпускать. Наверное, тогда я ее окончательно потерял, и цепочка замкнулась. Именно те события привели нас в сегодняшнюю точку.

А ведь мы могли быть счастливы, давно и прочно. В ней столько чувств, эмоций, энергии, и все это могло быть моим. А теперь не факт, совсем не факт.

— Привет, дружище, — побратались с Равилем, хотя виделись сегодня.

— Привет, Аделич, — Равиль называли Карима в шутку по отчеству, ну и ржал, что оно у него дурацкое. Нормально, другого нет и быть не может. — Проходи и держись сына, тогда Сати будет меньше фыркать на тебя, — шепнул друг и пригласил в дом.

— Мне как раз с твоей женой поговорить нужно?

Равиль посмотрел на меня как на самоубийцу и даже вознес короткую молитву.

— Ну ты сам напросился, я предупреждал.

В столовой все было накрыто к легкому ужину: томатный суп, тарелка со свежим хлебом, несколько овощных салатов в небольших пиалах, а королевой была запеченая утка! А что, мне вот только и подъедаться по семьям, свою потерял.

— Что ты хочешь?! — воскликнула Сати, когда все поели, а дети ушли в детскую.

— Чтобы ты пригласила Майю в ресторан, а там я.

— Ты больной?!

Что же, жена Равиля со мной не церемонилась. Я промолчал, но на друга бросил короткий взгляд. Не, я стерплю, меня недавно жена лупила так, что тот же Равиль ржал, как конь. Но все-таки уважение должно быть, даже не ко мне, а к себе и мужу. Если бы на меня орала и обзывала Майя — тут понятно, а ее подруга… Сегодня меня, а завтра всех мужчин диаспоры.

— Сати, потише, — Равиль сделал замечание. Я никогда не любил истеричных женщин, а жена — это лицо мужа, у нас так принято. У меня было невероятно прекрасное и уточненное «лицо». Было…

— Извини, — недовольно сквозь зубы, — но я не буду помогать тебе.

— Сати, я хочу поговорить с Майей, просто пообщаться. Она избегает меня.

— Правильно делает. Вы развелись. Ты ведь сам этого хотел, наслаждайся! — и тут же на мужа накинулась. — Мою подругу годы обманывали, а ты улыбался ей, ел еду с ее стола, говорил, какая они прекрасная пара!

— Так они и есть прекрасная пара, — буркнул Равиль и снова голову опустил.

— Сати, наши отношения с Майей… Это все очень сложно и неоднозначно.

Слухи ходили разные, но я не собирался рассказывать, что жена знала о другой женщине. Тогда всякие кумушки и ее грязью обольют. Пусть лучше только меня.

— Я очень хочу вернуть жену. Я люблю ее, понимаешь? Но если она отсечет меня окончательно…

Сати на словах про любовь перестала поджимать губы. Женщины всегда должны быть за сохранение семьи, без этого никак. А мужчины просто обязаны этого добиваться! Если чувствуешь, что без человека никак, то стены лбом прошибать будешь!

— Адель, извини, но я не буду заманивать Майю. Если она сочтет нужным, она выйдет на связь сама.

— Но ты в курсе, что происходит? — внимательно следил за реакцией. Сати отвела взгляд.

— Знаю и только скажу, что это не какой-то там, — махнула рукой, — криминал. Вы же, мужики, любите судить по себе.

Все, большего от нее добиться не смог. Но теперь хотя бы знал, что жена не занималась «криминалом». Бывшая, да-да, я помню, но хотел бы забыть. Судя по ремарке, Сати имела в виду мое блядство с Каролиной.

Что же, через подруг не получилось, придется изловчиться. Я переговорил с воспитательницей нашей группы в детском саду: сказал, что хочу сделать супруге сюрприз. Мы с Майей оба не распространялись, что развелись и не живем больше вместе.

План достаточно прост: воспитатель позвонила Майе как супер ответственному родителю и попросила оценить новый детский ресторан, где планировалось выездное мероприятие для детей, приуроченное к Новому году. Конечно же, ничего такого не было в планах, обычный утренник в костюмах и хоровод у елки, но я взялся оплатить любой каприз, чтобы дети и родители были довольны.

Сказано-сделано! Вечером в среду мне выставили вполне приличную смету на организацию праздника, единственным условием было мое инкогнито в этом мероприятие, иначе Майя поймет. Пусть лучше все думают, что у нас в саду руководство золотое!

Родительский чат, в который меня благополучно добавили, забурлил в восторгах, а в пятницу вечером я ждал жену в ресторане недалеко от Цветного бульвара. Я снял его полностью, а шеф-повар приготовил для нас изысканный ужин. Если честно, я из ее рук дома лучше поел бы, но выбирать не приходилось. Свечи, ненавязчивая музыка, интимный полумрак.

— Здравствуйте, — услышал осторожное. — Кто-нибудь есть вообще?

— Есть, — вышел встречать ее.

Майя, одетая в деловой костюм, в сапожках и в распахнутой шубе, изумленно хлопнула ресницами. Из офиса явно приехала. Надеюсь, она голодная.

— Поужинаешь со мной? — сделал к ней шаг, но Майя отступила к одному из круглых столиков.

Я к ней, она от меня. Так и кружили друг напротив друга.

— Что происходит, солнце? — реально не понимал. — Я обидел тебя как-то?

Может, цветы, билборды, игрушки и вкусняшки — перебор? Или недобор? Я всегда дарил ей ценные и дорогие подарки, но, как выяснилось, хотела Майя другого — романтики. Как по мне украшения, машины, отдых в любой точке мира достаточно романтично, но девочки вроде моей жены воспитаны иначе. Это не соски с Малой Бронной, которые считали, что их промежность золотая, и мужики должны оплачивать туда доступ в валюте: у меня есть сися и пися, с тебя миллион. Фу, бля!

— Все нормально, просто нам пока лучше не вступать в контакт, — ответила, не позволяя приблизиться к себе.

— Да почему, черт возьми?!

— Это неважно.

— Для меня важно. Ну если я тебе настолько противен, так и скажи! — воскликнул. Не то чтобы меня это сильно остановило бы: пока Майя не принадлежит другому мужчине, все можно изменить. Но я старался максимально не навязываться.

Она задумалась, прикусила губу… очень сексуально между прочим, затем медленно ответила:

— Нет, ты мне не противен.

— Тогда что? Просто скажи. Если нужно отвалить, я отвалю, — пообещал. — На время.

Майя снова задумалась. Галатея не любила выдавать свои секреты.

— Мой психотерапевт рекомендовал не встречаться с тобой, пока мы не закончим сессии.

— В смысле?! Я как минимум отец твоего сына. Как нам не встречаться?

— Разве нам нужно для этого ужинать в интимной обстановке? — обвела взглядом пустой ресторан: да, в нем не было людей, но было столько всего невысказанного: напряжение, страсть, нужда, тяга, любовь.

— Не нужно, просто я очень хотел увидеть тебя.

— Поэтому придумал не существующий праздник? — иронично уточнила.

— Очень даже существующий, — серьезно подтвердил. — Так, а твой психолог, почему тебе с мужем общаться запрещает?

— С бывшим мужем, — безжалостно напомнила. Нет, тон нормальный, но от этого не легче. Что я для жены бывший слышать просто невозможно.

— Потому что я должна понять себя, разобраться, чего хочу. Кого хочу? Что чувствую? Что к тебе, чувствую, Адель. Это зависимость или…

— А твоему психологу не пришло в голову, что мы просто любим друг друга? — это самое очевидное.

Майя не ответила, но смотрела скептически. Не верила мне, справедливо.

— А с ним тоже нельзя встречаться?

— С кем? — Майя нахмурила брови.

— С Разиным, — протолкнул сквозь зубы.

— Дурак ты, Черкесов, — и направилась к выходу.

— Подожди, — я догнал, но так и не касался ее. Майя застыла, не двигалась, не говорила. Я стоял в миллиметре от жены: меня колбасило, распирало, тянуло. Обнять, прижаться, целовать, пока не оттает моя Галатея. Оживить, воскресить, любить ее. Только каким богам молиться? — Я соскучился. Можно хотя бы просто рядом постоять…

Майя напряженно молчала, но не ушла. Я втянул в себя сладость ее волос, хотел провести руками по плечам, но сделал это в воздухе, не касаясь, но обмениваясь энергией. Пусть ощутит, как я горю ей.

Жена дрожала. У меня пульс звучал в том же ритме. Все рвалось к ней. Я люблю ее. Люблю свою жену. В первый раз в жизни я действительно любил женщину. Наверное, мне нужно было упасть, разбиться, содрать колени и ползти к ней. Если Майя не примет — это будет справедливо. Значит, судьба у Черкесовых такая — всю жизнь каяться и понимать, что твоя женщина никогда больше не будет твоей.

Майя резко обернулась, хлестнув волосами по лицу. Мы смотрели друг на друга и молчали. Просто поглощали глазами. Один знак, и на колени упаду, все сделаю, если даст шанс.

Если я ей уже не нужен, то колени мои только смутят. Я и ноги готов целовать, но это невозможно, если женщина не хочет.

— Солнце… — хрипло, дрожащими пальцы к нежному овалу лица. — Майя, я понимаю, что мудак, что недостоин… — так и не коснулся, опустил руку, потому что не было знака. — Ты просто знай, что я жду…

Майя неестественно широко распахнула глаза, они хрустальными казались. Прозрачные и чистые. Неважно, что и как было у нее в физическом плане, главное, что это девочка умела бескорыстно любить. Я бы хотел, чтобы она полюбила меня.

Она ушла. Я тоже. По разным домам, в разные концы города, совершенно одиноко. Мне…

На работе в понедельник принесли супер радостную новость: Каролину уволили! А еще более радостная, что она в принципе не была беременна. Ни от кого! Просто нервы делала.

После нашего последнего разговора я собрал в кадрах дисциплинарную комиссию: они пригласили врачей профильных направлений, медосмотр, ёб-то! По срокам у нее примерно приближалось к заметному, а выглядела как совсем не беременная. Но я не мог потащить ее на узи к знакомому врачу, который не обманет, а вот обязательная комиссия для всех сотрудников прямо в офисе — затратно, но мы могли себе это позволить.

Каролина максимально пыталась соскочить, но мой НR-менеджер была проинформирована конкретно. А дальше как по маслу. Обманывать начальство нехорошо, а подлог документов — это статья. Пусть теперь не пеняет на запись в трудовой!

Утром зашел к себе в кабинет, в хорошем расположении духа, снял пальто и попросил кофе. Майи нужно рассказать, хоть маленький, а плюс мне.

Сел за личный компьютер и… сразу понял, что случился звездец. Меня взломали…